Она была раздражена.

— Гэри, ты сводишь меня с ума. Одна твоя половина бросается вперед, сломя голову, а вторая боится промочить ноги. Если бы ты смог перестать взвешивать, рассуждать, планировать.

Он заставил себя рассмеяться.

— Ты лучшая в мире собеседница. При каждой встрече приходится играть в игру «Вопросы и ответы».

— Сдаюсь. Наверное, мы оба немного странно себя ведем, — ее голос смягчился, и она взглянула на него. — А что если бы все это было настоящим, Гэри?

— Что было бы настоящим? Все, что нас окружает?

— Мы сами.

Акация не сделала никакого заметного движения, даже не взглянула на него, но он почувствовал, что она как бы стала ближе.

— Сейчас мы по уши в дерьме, чтобы делать попытку разобраться. Лучше поговорим об этом, когда все закончится.

Ее глаза подчеркнуто внимательно рассматривали кусты, и он ощутил, как между ними пробежал холодок.

Далеко впереди кто-то хихикнул.

— Что смешного? — удивился Алекс.

Акация застыла на месте. Смех послышался снова… и это был не игрок. Звуки доносились издалека и, кроме того, казались какими-то не такими.

Это был сдавленный, прерывающийся смешок человека, которого щекочут так долго, что весь смех уже пропал, а остался только вопль жаждущих успокоения нервов. Устрашающие звуки становились все громче.

— Оливер! Переместитесь назад, — выкрикивал команды Честер. — Все, кто не сражается, соберитесь в центре колонны. Приготовьтесь!

Игроки медленно двигались вперед.

Алекс услышал шаркающие шаги. Они раздавались в такт хихиканью. Вымученный смешок-шаг.

Странный икающий звук — еще один медленный глухой удар…

Наконец появился первый туземец, пяти с половиной футов ростом, одетый в коричневые лохмотья. Он смеялся. Черное лицо исказилось в ужасной ухмылке, все тело тряслось. В правой руке он держал мачете.

Мэри-Эм взглянула на него.

— Он мой.

Она отделилась от колонны игроков и осторожно двинулась навстречу врагу, держа алебарду перед собой.

Теперь Апекс мог яснее разглядеть ее противника. Как и у туземца, сидевшего в засаде, у него была темная кожа и монголоидный разрез глаз. Это доказывало, что оккупировавшие остров японцы вступали в связи с форе. Получившиеся в результате метисы должны были обладать недюжинной жизненной силой. Как будто у Честера и без этого было мало неприятностей.

Когда Мэри-Эм подошла ближе, туземец остановился и, казалось, только теперь заметил ее. Он медленно моргнул опухшими веками, и Алекс увидел, какой он грязный. Его лицо и руки были покрыты коркой глины. Прилипшие комочки земли выглядели влажными.

«Будто он только что поднялся из могилы», — промелькнуло в голове Алекса.

В этот момент в ноздри ему ударил запах.

«Нейтральный запах», — была его первая паническая реакция, которая тут же угасла. Запах был далек от нейтрального.

Однажды, много лет назад, Алекс купил себе старинную ловушку для мух, в которой насекомые попадают в воду. Как-то жарким июлем он целую неделю забывал очищать ее, и сотни мух разлагались на солнце. Когда он, наконец, пришел очистить ее, ужасающая вонь прошла через него, как кирпич сквозь стекло, и все содержимое его желудка оказалось на стене.

Это было похоже. Гнилое… что-то гнилое. Но не мясо. Что-то менее чистое, чем мясо. То, что разложилось еще при жизни. Темно-синее снаружи и бледно-зеленое изнутри.

Мэри-Эм слегка позеленела, но, увидев перед собой врага, обрела уверенность.

Туземец атаковал. Мэри-Эм отклонилась в сторону, полоснула лезвием алебарды по животу противника и вновь повернулась к нему лицом. Тот засмеялся и нанес ей удар в голову.

Алекс вскрикнул от удивления, но Мэри-Эм пригнулась, как будто ожидала этого. Она ударила ногой, как по футбольному мячу, целясь на дюйм выше голени. Падая, туземец еще раз взмахнул мачете, но Мэри-Эм вновь уклонилась, повернувшись, как танцовщица с зонтиком, и быстрыми кистевыми движениями нанесла два удара ему в шею. Враг упал на землю.

Апекс восхищенно поднял большой палец, и маленькая хрупкая воительница ответила ему слабой улыбкой.

Тело форе все еще подергивалось. Раны были ужасны, но крови не было.

— Зомби, — сказал Честер. — Наши враги используют все имеющиеся средства…

Он прикрыл глаза рукой, всматриваясь вдаль.

— Вторая волна. Пентесилея, Гриффин, идите вперед.

— Мы будем бросать в них соль? — спросил Алекс, сам себе удивляясь.

— Что? Нет, Гриффин, зомби — совсем другая мифология. Колдовство. Просто сражайся с ними, ладно?