Шрифт:
И тогда он перевел взгляд на Ило, который не знал, что ему следует сказать, равно как и чего от него ждут.
Гора бумаг потрясла сигнифера. Разбирать ее – настоящий кошмар. Необходимо будет составить полный список документов, ибо половина из них или противоречит другой половине, или накладывается на нее. Но даже если и удастся разобрать ее, тогда во всей Империи не найдется столько курьеров, чтобы сразу же доставить бумаги по назначению.
– Я слишком долго живу! – простонал древний, немощный старик из другого угла комнаты. – Дайте мне умереть!
Шанди снова повысил голос:
– Я сказал его величеству, что знаю лишь одного человека в государстве, кто способен разгрести это бумажное болото.
И глаза принца вновь бросили сигнифера в дрожь.
– Я… Я не смогу сделать и то, и другое! Это очевидно. Даже если герцог мог стать секретарем (чего не бывает), то владение одними лишь Лугами займет все его время. Ило ухлопает годы только на то, чтобы навести порядок в собственных поместьях, вне зависимости от того, сколько управляющих он наймет. И то, и другое ему не по силам.
И Прибрежные Луга так далеки от Хаба… Временами Шанди бывал совершенно непостижим. Зачем класть к ногам человека весь мир и ждать, что через минуту он с радостью свернет себе голову на бумажных горах? Должно быть, он считает Ило сумасшедшим.
– Принц, я не понимаю! Ведь я все еще солдат. Если ты хочешь, чтобы я расчистил эти конюшни, тогда прикажи мне!
По лицу принца пробежала неуловимая тень.
– Да, я мог бы просто приказать.
Князь Иллипо! Графство Прибрежных Лугов! Один из самых богатых землевладельцев Империи… Старое и уважаемое имя.
Это же нечестно!
Где-то сзади император завыл:
– Отдай этому ничтожеству его поганое герцогство и выстави за дверь!
Шанди пожал плечами и быстро отвел взгляд.
– У тебя есть время все обдумать.
– Нет, господин, – хрипло вымолвил Ило. – Сенат может и подождать.
Глаза принца зажглись недоверием.
– Ты что же, сделаешь это? Попробуешь? Силы Добра знают, какая это жуткая работа… – Он еще раз обвел взглядом гору бумаг. – Не представляю даже, с чего начать.
– Мне потребуется два-три хороших помощника, – сказал Ило, с тоской вспоминая писарей, натасканных им в Квобле. – На одного больше – и мы все время потратим, передавая друг другу одну и ту же бумажку… – Затем к нему пришло вдохновение. – И еще будут нужны лишние посыльные – может, гусары?
– Почему нет? Пусть хоть разок в жизни займутся делом.
– Значит, давай все устроим по-военному; все остальное тоже. Пусть из этих стен не вылетит ни словечка. Как насчет преторианцев?
– А вот это здорово придумано! – тихо отвечал Шанди. – Просто отлично!
– У меня на примете есть один исполнительный центурион… – О, какое наслаждение!
– Я подпишу приказ любому, кого ты укажешь. – Принц схватил руку Ило и затряс ее с воодушевлением. – Молодчина! Ты и не представляешь, Ило, что ты значишь для меня! Что ты значишь для Империи! – Он заколебался, будто смущаясь. – Но если честно, я удивлен. Ты ведь многим пренебрег.
– Когда-нибудь я напомню о твоем предложении, господин. – Боги, какой же Ило идиот! Надо было хватать герцогство и бежать без оглядки.
Шанди еще раз метнул взгляд на причитавшую старую развалину за столом. «Когда-нибудь» восстановление имени может не принести Ило того удовлетворения, как если бы этот приказ нес на себе личную печать Эмшандара.
– Все это твое, когда только захочешь. Но все-таки скажи – почему?.. – Сузившиеся черные глаза, не отрываясь, изучали его; очевидно, принц ждал отказа.
– Я рад служить тебе, господин, – торопливо ответил Ило.
Нет, ни за что он не скажет почему.
До Прибрежных Лугов можно скакать неделями, тогда как личный сигнифер Шанди отлично устроится в собственном дворце принца. Ило видел кое-что в тот вечер у бассейна. Предсказание.
Обещание.
7
А за дверью, в наводненном публикой Тронном зале, Эшиала понемногу впадала в панику. Все эти глаза! Не стоило, не стойло ей сюда приходить. Она должна была ждать в Дубовом дворце! Но эти гусыни, ее фрейлины, услыхали крики с улицы и убедили ее явиться. Конечно же, они просто хотели побыть в обществе.
Теперь им следовало бы поддерживать ее с обеих сторон, но увы – они разбежались кто куда по этому огромному залу. Боги знают, с кем они теперь говорят и какие планы строят. И, кажется, все до единого пялятся на нее.