С той поры король потерял интерес к цирковым представлениям. Он ведь знал, как и откуда берутся цирковые уроды. Вот только обманул лекарей властелин. Ну кто они такие, чтоб данное им слово держать? Он приказал всех их убить.

Слуга был предан своему спасителю и мог даже по выражению его глаз понять, о чем тот сейчас думает. Он был умен. Король любил с ним разговаривать. Можно было не опасаться, что он кому-то расскажет то, что слышал в королевских покоях. Даже у немого могут колдуны тайну выманить, прочитав мысли. А у этого слуги вряд ли, хоть язык ему никто не отрезал. Где-то краем сознания слуга уловил имя: Дориан Хо.

— Дориан Хо вечером привел в город треть своей армии, — ответил слуга.

— Он говорил мне накануне, что хочет подготовить ее к смотру. Хотел, чтобы войско прошло маршем перед дворцом, прежде чем в поход отправится. Для поднятия патриотического духа народа. Но ему надо было к этому подготовиться.

— Это хорошая мысль, — сказал слуга, — народ увидит, что инквизиторская армия сильна, беспокоиться не стоит. А если кто собирался повстанцам помогать, то наверняка передумает. Поймет, что не стоит этого делать.

— Да. Площадь перед дворцом вымощена камнем, а за городом ничего похожего нет. Чтобы военные стройно прошли по ней, нужно потренироваться. Плохо будет, если они, как бараны, это сделают. Стадом, сбиваясь с ритма. Такая армия не внушит народу уверенности в собственной безопасности. Вот и попросил меня Дориан Хо разрешить ему репетицию этого парада провести. Он и меня приглашал посмотреть. Но я не думал, что уже сегодня.

— Они будут шуметь. Спать никому не дадут.

— Придется потерпеть! Немедленно доложи мне, как выяснишь, что там с главным инквизитором.

— Слушаюсь…

Взрыв был таким сильным, что от покоев главного инквизитора камня на камне могло не остаться, да и соседние дома наверняка побило. Может, и сам он погиб? Король отчего-то в этом был уверен. Ему стало легко, будто какой-то груз с плеч свалился, хотя с чего бы ему сваливаться, ведь повстанцы по-прежнему в северных районах бесчинствуют, к столице продвигаются, а Дориан Хо все никак не решится выступить им навстречу. Надо бы поторопить его. Хорошо, что он репетицию парада на нынешнюю ночь задумал, видать, все побыстрее хочет провести и уйти из столицы.

Дверь, прочно засевшая в проеме, не поддавалась минут десять. Инквизиторы, немного разбежавшись, попробовали вышибить ее плечами, но только себе шишек и синяков набили. Судя по звукам, которые доносились с той стороны, дело там было совсем дрянь. Надо было спешить. Ведь никто потом не стал бы упрекать инквизиторов, что они сломали не только дверь, но и многое другое. Фарфоровая ваза разлетелась на тысячи кусков, усыпав крохотными осколками весь пол, они неприятно хрустели под ногами и впивались в подошвы сандалий. Ваза стояла на массивной каменной колонне, и сразу нескольким братьям пришла в голову идея использовать ее в качестве тарана. О вазе никто и не подумал.

Колонну потащили к двери. Инквизиторами завладел охотничий азарт. Они, обливаясь потом, стали раскачивать колонну и бить ею в дверь. Та заскрипела, стала осыпаться щепками, железные скобы, скрепляющие доски, прогнулись, вылетело несколько болтов. От таких ударов сорвало бы с петель даже куда более мощные ворота, что охраняют вход в город, но эту дверь как будто кто-то удерживал при помощи заклинаний.

Подобные мысли закрадывались и в головы инквизиторов. „Что же мы встретим по ту сторону двери?“ Самые малодушные готовы уж были бросить колонну, отступиться, но позади послышались шаги, к ним бежали стражники. Ударить в грязь лицом перед ними инквизиторам было как-то стыдно.

Общими усилиями удалось сорвать железные полосы. Дверь стала рассыпаться. Из щелей вдруг вырвался огонь, опалил всех, кто стоял поблизости. От вспышки у них появилась резкая боль в глазах и выступили слезы. Люди бросили колонну, чуть не отдавив себе ноги, и стали гасить тлеющую одежду.

Через пару минут они справились и с этой задачей. Руки вновь потянулись к колонне. Резные украшения, что были на ее концах, искрошились, каменные цветы смялись, будто завяли. Но дверь наконец дрогнула. Колонна пробила в ней дыру, из которой пахнуло жаром.

— Воду тащите!

— Святую?

— Да нет, пока обычную! Там пожар начинается. Хотя святую — тоже.

Те, кто стоял позади, побежали за ведрами и водой. Но она была только в колодце, на улице, так что пока ее принесут… За это время огонь наверняка все съест в комнате.

От второго удара колонна застряла в пробоине, ее едва вытащили; третий — пришелся чуть в сторону от дыры, четвертый — эту дыру расширил, а еще спустя ударов пять-шесть в двери образовалась такая пробоина, что через нее мог пролезть человек.