Он вскинул на меня глаза, уголки его ярко-красных губ приподняла улыбка.

— Узнала все-таки, — так же тихо ответил он.

— Да, хотя это довольно трудно, — дрогнувшим голосом произнесла я. — Эти белые волосы, яркий грим делают тебя совсем другим. К тому же имя Вася. И что это за маскарад?

— А что? Я не могу сменить внешность? — небрежно спросил он и откинулся на спинку стула. — А может, мне нравится так развлекаться? Вот захотелось стать длинноволосым блондином, взял да и нарастил волосы. А по поводу имени, когда твоя подруга спросила, как меня зовут, я и назвался Васей. Это первое, что пришло мне в голову. Раз уж блондин, то и имя другое. Мы с сестренкой часто вот так в клубах развлекаемся. Меняем имидж, поведение и имена. Это забавно, не находишь?

— Тебе бы с такими задатками не на дизайнера учиться, а на актера, — пробормотала я. — Алла, судя по всему, вовсе не эмо-герл и даже, возможно, не Алла? — уточнила я.

— Угадала, — улыбнулся он. — Ее зовут Рената. Просто ей захотелось сегодня побыть в образе эмо-герл. Как и мне захотелось быть вампиром. А клыки мои ты уже видела. Нравятся?

Грег вдруг приподнялся, оперся руками на стол, оскалился и навис надо мной. Я машинально откинулась на спинку стула. Клыки сверкали в опасной близости, и я не могла отвести от них взгляда. Из-под опущенных ресниц я смотрела на их алмазные заостренные концы, на алый рот, на светлые, все приближающиеся глаза с расширившимися зрачками. Странное чувство охватило меня: это был и неконтролируемый ужас, и невыносимо сильное притяжение.

— Bay! Вот это чел! Просто мега! — раздался возле нас девичий голосок.

И наваждение тут же пропало. Я выпрямилась. Грег опустился на стул и мило улыбнулся.

Мимо нашего столика проходили две девушки-готы. Они кокетливо посмотрели на Грега, потом стали перешептываться. Он не прореагировал ни на их замечание, ни на весьма откровенные взгляды. Девушки прошли мимо.

— А ты пользуешься успехом в этом имидже, — колко заметила я.

— Так ведь это готическая вечеринка, — вяло проговорил он. — Конечно, я в теме.

Мы замолчали. Я почувствовала скованность. Грег выглядел невозмутимым. И его поведение мне было не вполне понятно.

«Такой парень, по всей видимости, пресыщен женским вниманием, — размышляла я, глядя на его красиво изогнутые черные брови, на прозрачные глаза, казавшиеся еще более выразительными из-за черной подводки, на тонкий изящный нос и увеличенные яркой помадой губы. — Мы сегодня встретились случайно, а он, похоже, даже и не удивлен, да и, судя по всему, не так сильно и обрадован, как мне бы хотелось. Конечно, он преподнес цветы, но это просто признак хорошего воспитания и ничего личного в мой адрес. Ну и ладно! Было бы из-за чего расстраиваться! Зачем мне нужен такой странный парень? Хорош, конечно, ничего не скажешь! Но уж больно много о себе возомнил!» — сделала я вывод.

И мне сразу стало легче. Я уже смотрела на Грега без прежнего интереса. Конечно, он красив, импозантен и даже загадочен, но это высокомерное выражение лица и странная манера поведения начали меня раздражать. Я почувствовала охлаждение, волнение ушло.

Грег вдруг встал.

— Интересно, куда моя сестра пропала? — сказал он. — Прости, но я вынужден тебя покинуть.

— Конечно, — равнодушно ответила я и проводила взглядом его стройную фигуру.

«Иди, иди, — подумала я с неприязнью, — не очень-то ты мне и нужен! Много о себе воображаешь!»

Я допила коктейль и зачем-то пододвинула к себе букет. Лилии пахли одуряюще. Я не сводила с них глаз. Их белые бархатистые лепестки вызывали странные ассоциации. Букет был в светло-сиреневой гофрированной бумаге. Он лежал на столе, и длинный стебель лилии вытянулся ко мне. Над одним из раскрытых цветков завис бутон ириса. И мне вдруг показалось, что он превратился в фиолетовый крест, упавший и распластавшийся над белым саваном покойницы. Я даже увидела смертельно-бледное лицо умершей девушки, и оно разительно походило на мое. Я вздрогнула и закрыла глаза, отодвинувшись от букета.

«Я выпила слишком много коктейлей с абсентом, — подумала я, пытаясь успокоиться. — Все знают, что в абсент входит экстракт горькой полыни, а она является галлюциногеном. Вот мне и мерещится черт-те что! К тому же букет совсем без зелени. Только белые тюльпаны, белые лилии и фиолетовые ирисы. Холодная красота».

— Лада, я хочу покататься с Васей, — услышала я в этот момент голос Лизы и открыла глаза.

Она стояла возле столика и улыбалась.

— С кем?! — не поверила я собственным ушам.

— С нашим новым знакомым Васей, — сказала Лиза. — У тебя что со слухом?

— Но подожди! — огорчилась я. — Ведь это мой день рождения! А ты хочешь уехать, да еще с каким-то малознакомым парнем!

— Ну прости, подруга! — невозмутимо ответила она. — Ты — это ты, никто и не спорит! Но согласись, что упустить такого интересного молодого человека было бы с моей стороны крайне глупо. А он мне только что сказал, что хочет отвезти сестру, а потом погонять по ночной Москве. Прикинь, у него «Porsche Cayenne»! Ты представляешь, что это за тачка?! Да я в жизни на таких не ездила! Н-да, Василий явно не бедный! Ты не обижайся! Мне так хочется покататься! А тебя Слава до дома проводит.