– Не думаю, что в Трибеке околачивается много убийц с топорами.

– Надеюсь, что нет, но если найдется хоть один, то бьюсь об заклад, что я в его списке – первый.

Когда я вернулась из ресторана, Ник все еще был в ванне.

– Разложи еду по тарелкам! – гаркнул он. – Сейчас вылезу!

Я расставляла тарелки на кофейном столике, когда он вышел из ванной в белом махровом халате. Он казался таким внушительным и мужественным, и я подумала, что эта ночь может принести с собой восторг, а не разочарование.

Я подала ему тарелку, и мы одновременно набросились на еду. Устрицы сами проскальзывали в глотку, пышное пюре было приправлено чесночным соусом, цыпленок оказался сочным и жирным. Но меня не покидала мысль, насколько все окажется печально, если единственным приятным воспоминанием об этом вечере станет трапеза.

Когда мы покончили с едой, Ник снова положил ноги мне на колени. Я наклонилась, чтобы поцеловать его, но он резко отвернулся. Неужели у всех мужиков в городе старше тридцати проблемы с поцелуями? Или только у тех, с которыми встречаюсь я?

– Ты совсем как Джулия Робертс в «Красотке», – сказала я.

– Я не видел этого фильма.

– Она там никогда не целовала мужчин, потому что боялась стать уязвимой и влюбиться.

– Я не боюсь стать уязвимым, просто не люблю целоваться.

– О-о, – протянула я, снова наклоняясь к нему.

– Слушай, зачем продолжать, раз я только что объяснил тебе, что не люблю этого?

– Чтобы ты передумал!

Он презрительно хмыкнул и, запустив руку в вырез моего платья, стал гладить мне соски.

– У тебя красивая грудь.

Я закрыла глаза, пытаясь получить удовольствие от его прикосновений, но поцелуя явно недоставало. Словно меня ласкал робот. Может, он изменит отношение к поцелуям, если я смогу посильнее разогреть его? Я положила ладонь на пенис Ника и стала его поглаживать. Это произвело некоторый эффект. Мы продолжали без энтузиазма ласкать друг друга: я, обхватив пальцами его член, а он, запустив руку мне под платье, все так же отворачивая лицо. Наконец Ник отстранился от меня со словами:

– Я устал. Мне надо поспать. Отправляйся домой, милая.

И это все? Похавать и полапать? Ни тебе свечей, ни любви, ни городских сплетен о знаменитостях? Никаких откровений по поводу глубоко запрятанной ненависти к себе и нестабильности как оборотной стороны славы? Не сказать даже: «Спасибо, что привезла еду!» Вечер разочаровал меня во всех отношениях. Но, по крайней мере, я ощутила свою силу во время телефонного разговора с Ником. Я завела его – и одним только звуком собственного голоса. Я не прочь бы это повторить. Мне хотелось, чтобы мужики кончали при одном взгляде на меня.

Поднявшись, я надела пальто, и мы направились к двери.

– Большое спасибо, что принял меня. Ник, – сказала я. – Я отлично провела время.

– Не за что.

– До чего же жаль, что тебе пора спать, – медленно произнесла я.

– А что такое?

– Столько еще осталось вещей, которые мне бы хотелось сделать с тобой…

– Например? – спросил он, сощурив глаза.

– Знаешь, с моей стороны было большой ошибкой надеть сегодня это платье. Зря я не надела платье-халатик медсестры.

– Медсестры?

Из распахнувшегося халата виднелся его слегка возбужденный пенис.

– Угу. Оно такое коротенькое, что едва прикрывает зад. – Ник распахнул халат и принялся поглаживать себя рукой, склонив голову и приблизившись ухом к моему рту. – Мне надо было надеть к нему белые чулки, белый пояс с подвязками – и никаких трусиков. – Теперь он безо всякого стыда открыто мастурбировал. – Ты мог бы согнуть меня пополам, ухватить за бедра и войти в меня стоя, как сейчас. Я бы таяла от вожделения и стала для тебя такой желанной, такой близкой, Ник. Ах, до чего же неудачно получилось…

– Можно мне кончить на твое платье?

– Нет! Оно стоит тридцать пять долларов!

– Тогда я тебя больше не задерживаю. Запахнув халат, он открыл дверь, а потом запер ее за мной.

Утром я позвонила Саре.

– Не удивительно, что все так кончилось, – вынесла она резолюцию.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда мы разговаривали с этим типом после просмотра, я сразу поняла, что он – самовлюбленное ничтожество.

– Почему же ты не отговорила меня идти на свидание?