Сегодня Игорь выглядел еще хуже, и Алексей брезгливо посмотрел на его жалкую, тонкошеюю фигуру, бегающие, загнанные глаза. Нет, пожалуй, не то. Дело не в том, что выглядел он хуже, а в том, что прятал все время глаза, странно и виновато суетился, не тянулся по-ребячьи навстречу, как вчера. «Пойдет, — с уверенностью подумал Алексей, и мысль его не испугала. Он знал, что Игорь пойдет. — Готов, слизняк. Не выдержал. Черт попутал связаться с ним, артистом. Гм, хорош артист…» Он знал уже, что нужно делать, все было готово.

— Я, Игорек, тоже все время думал… — неуверенно и задумчиво сказал он. — Может быть, ты и прав… Черт его знает…

— Как-прав? — не позволяя себе еще надеяться, спросил Игорь.

— Насчет явиться самим. Ну их к черту, эти деньги! Я тебя понимаю… Трясешься все время, радости от них никакой…

«Сейчас обрадуется. Должен, если твердо надумал идти. Проверим», — подумал Алексей.

— Это ты серьезно? — Голос Игоря вздрогнул.

— А что я, шутить пришел? — хмуро сказал Алексей.

Игорь перестал прятать глаза и с надеждой посмотрел на товарища.

— Правда, Леш, а? Ты меня не разыгрываешь?

— Пошел ты к черту со своими розыгрышами!.. Давай лучше выпьем и все обсудим как следует.

— Давай, давай, Лешенька, сейчас в магазин сбегаю.

— Сиди. Я все принес. «Столичная» вот в сумке — две бутылки, томатный сок, сделаем «кровавую Мэри». Знаешь?

— Знаю.

— Ну, ты хозяин, действуй, открывай водку, сок, смешивай. Хватит мне тебе нянькой быть.

«Так, еще раз проверим, — подумал Алексей. — На бутылках моих отпечатков пальцев, если не дай бог дойдет до этого, не будет. Теперь самое главное… Попросим соль».

— А соль где, хозяин?

— Сейчас, Леш.

Игорь услужливо метнулся к старому, рассохшемуся буфету. Алексей ухватил правой рукой в кармане щепотку порошка и быстро бросил в стакан Игоря. И уже когда бросил и когда скрипнула дверца буфета, он с ужасом понял, что порошок останется на поверхности, будет заметен. Он схватил вилку и принялся размешивать содержимое стакана.

— Тут, Игорек, в этой «кровавой Мэри», важно размешать как следует. Чтоб, значит, молекулы все перемешались. — Оправившись от испуга, он говорил быстро, стараясь выиграть время и вновь обрести необходимое хладнокровие. — Отличная вещь — и выпивка и закуска в одном стакане. Да и пить приятнее, мягчее.

«Кажется, пронесло. Думать, думать больше надо. На таких пустяках и попадаются… Достаточно ли я ему снотворного бросил? Вроде прикидывал дома, порции две—три. Должно хватить».

— Ну, давай, Игорек, за благополучное решение. Поехали.

— Поехали.

Они выпили, неторопливо закусили.

Алексей пристально взглянул на товарища: «Как быстро, интересно, подействует? Через полчаса, наверное, не раньше?»

Игорь, смущенно улыбнувшись, сказал:

— Я, Алексей, честно, от тебя такого не ожидал.

— Почему?

— Не знаю… ты… как тебе объяснить? Вот не думал, что тебя тоже мысли мучают…

— Мучают, Игорек. Я ведь тоже сначала все как о шутке об этом деле, будь оно неладно, думал. А теперь от шутки один пшик остался. И муторно, и страшно…

— Точно, Леш, ты как мысли мои читаешь. Телепатия и телемеханика. Но ведь идти-то тоже страшно. Когда?

— Завтра или послезавтра. Надо Павла Антоновича предупредить… Чего там страшного? Главное — с плеч долой. Сразу легче станет.

— Нет, честно, Леш, не думал я, что ты такой… о других как-то думаешь.

— И зря.

Разговаривая, Алексей внимательно следил за лицом Игоря, ожидая первых симптомов сонливости. Он по-прежнему не испытывал никаких чувств к товарищу, кроме презрения, брезгливости. Но теперь чувства эти были не сильными и не отвлекали от главного его дела.

— Я, знаешь, Леш, если все хорошо обойдется, снова и на работу устроюсь, ив драмкружок обратно попрошусь. Честное слово дам — до первой капли. Там, знаешь, там у нас атмосфера такая… творческая. Вроде ругаются все, руководитель кричит: «Ты, говорит, двигаешься как маневровый паровоз!..» Ругаются и не ругаются. И запах на сцене и за кулисами всегда такой… особый… Словами не передать… Ты когда-нибудь за кулисами был?

— Нет, — буркнул Алексей.

— А знаешь, Леш, вот я что подумал: ты ведь тоже мог бы играть… У тебя, по-моему, способности есть… — Игорь широко зевнул, похлопывая по рту ладонью. — Что-то спать клонит. Не выспался, что ли?.. Не от полстакана же водки…

— А ты не стесняйся, бывает. Переволновался, наверное. Ляг на полчаса, полежи, а я посижу.

Игорь еще раз зевнул, виновато и рассеянно улыбнулся и покорно улегся на тахту.

«Надо говорить, быстрее уснет», — подумал Алексей.