— На тридцать четвертом, — прошептала она.

— Тридцать четвертом этаже?

Элиза кивнула, и его ладони разжались. Когда Ремми шагнул в сторону, Раш приблизился и опустил ладонь на руку Элизы, накрыв то место, в котором Ремми причинил ей боль.

— Отец, мы можем?.. — спросил Раш.

Мужчина с лысиной кивнул, и Раш взял со скамьи листок бумаги. На одной его стороне был отпечатанный текст, на второй что-то написано от руки. Взяв фиолетовый мелок, Раш спросил Элизу, знает ли она буквы и умеет ли писать.

Элиза кивнула. Ее рука вновь опустилась на сумку, охраняя книгу. Читать она умела лучше Майлса. Ханна об этом позаботилась.

— Можешь написать свое имя? — спросил Раш и показал ей листок бумаги. Там уже были написаны два имени. Еще одна строка оставалась пустой. — Вот здесь, — сказал он, показав на эту строку, и вложил мелок в руку Элизы. Та попыталась прочесть другие слова, но почерк оказался корявый. Текст писали быстро и на неровной поверхности. К тому же перед глазами у нее все расплывалось. — Просто твое имя, — повторил он. — Покажи, как ты это умеешь.

Элизе хотелось уйти. Хотелось к щенку, к Соло, к Джевел и даже к Риксону. Она вытерла слезы и проглотила всхлип, который пытался ее задушить. Если она сделает то, что они хотят, то сможет уйти. Помещение наполнялось людьми. Некоторые смотрели на нее и перешептывались. Она услышала, как один мужчина сказал, что кому-то повезло, что мужчин больше, чем женщин, и что люди вымрут, если не будут осторожны. Люди смотрели на нее и ждали. Мебель теперь стояла ровными рядами, полы подметены, а вокруг возвышения даже были разбросаны зеленые листья от сорванных растений.

— Вот здесь, — сказал Раш. Он взял ее запястье и переместил руку с мелком, пока тот не завис над строкой. — Свое имя.

И все стояли и смотрели. Элиза знала, как пишется ее имя. И читать умела лучше, чем Риксон. Но она почти ничего не видела. Она стала рыбой вроде тех, которых ловила, — рыбой, глядящей из-под воды на всех этих голодных людей. Но она написала свое имя печатными буквами. Потому что надеялась, что после этого люди уйдут.

— Хорошая девочка.

Раш наклонился и поцеловал ее в щеку. Люди зааплодировали. А потом мужчина в белом одеяле, который так обрадовался, узнав про книги, произнес нараспев какие-то слова. Голос его звучал и низко, и красиво одновременно. И его слова прозвучали в ее груди, когда он провозгласил кого-то именем Пакта мужем и женой.

6. По-английски «pact» — это «пакт», а «pack» — «стая».

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ПЫЛЬ

51

УКРЫТИЕ 1

Дарси поднялся на лифте в арсенал. Он убрал пакетик с пулей, сунул результаты анализа крови в карман, вышел из лифта и нашарил на стене широкий ряд выключателей света. Что-то подсказывало ему, что именно здесь, на этом этаже, и прячется пилот, исчезнувший из криокапсулы в хранилище для аварийного персонала помощи. Это был этаж, где они обнаружили человека, выдававшего себя за Пастыря. Именно здесь месяц или около того проживала небольшая группа пилотов. Он, Стивенс и еще несколько человек уже несколько раз обыскали этаж, но у Дарси было предчувствие. А родилось оно потому, что лифту потребовался специальный обход системы безопасности, чтобы он мог доставить Дарси сюда.

Такой обход был доступен лишь горстке высокопоставленных руководителей и сотрудникам службы безопасности, и во время своих предыдущих визитов Дарси увидел причину. На полках стояли ящики с оружием и боеприпасами. Что-то, похожее на военные дроны, было накрыто брезентом. Пирамиды бомб громоздились на стеллажах. Вряд ли кому-либо захотелось бы, чтобы на такое наткнулись работники кухни, когда им понадобилась бы упаковка порошкового картофеля, и они нажали в лифте не на ту кнопку.

Предыдущие поиски результатов не дали, но среди высоких полок с большими пластиковыми контейнерами наверняка имелись тысячи укромных мест. Дарси разглядывал эти полки, когда, помигав, загорелись потолочные лампы. Он представил себя на месте того пилота, после того, как тот убил человека. Как он добрался сюда в забрызганном кровью лифте. Как спасается бегством и ищет место, где можно спрятаться.

Присев, он осмотрел гладкий бетонный пол возле лифта. Чуть отступив и наклонив голову, он пригляделся внимательнее. Перед дверью лифта пол оказался чуть более блестящим. Возможно, из-за регулярного движения, шарканья ботинок, постепенного износа. Он опустился на пол и, принюхавшись, уловил запах листьев, сосен, лимона — запах тех забытых времен, когда все в мире росло и он пропах свежестью.

Кто-то вымыл здесь пол. Недавно, решил Дарси. Продолжая стоять на корточках, он всмотрелся в проходы между полками с оружием и аварийным снаряжением, чувствуя, что он здесь не один. Вообще-то, по правилам ему следует отправиться прямиком к Бреварду и привести сюда подкрепление. Здесь находится человек, способный на убийство. Кто-то из сотрудников аварийного персонала с военной подготовкой, имевший доступ к любому оружию в этих ящиках. Но этот человек тоже ранен, он прячется и напуган. Идея о подкреплении показалась ему неудачной.

Дело было не столько в том, что именно Дарси собрал все факты в единую картину и заслужил похвалу, сколько в его растущей уверенности в том, что эти убийства ведут на самый верх. Причастные к этому люди были самого высокого ранга. Файлы были подделаны, глубокая заморозка нарушена, но ни то ни другое не должно было всплыть наружу. А те, кому он докладывал о результатах, могли быть в этом замешаны. И Дарси стоял, охраняя настоящего Пастыря, пока старик пинал ногами самозванца. Ничто в этом не было соблюдением протокола. И все это дерьмо — просто личные счеты. Он знал избитого парня, постоянно видел его наверху в ночные смены, иногда разговаривал с ним. Трудно было представить, что этот парень кого-то убил. Все перевернулось с ног на голову.