Шрифт:
— Да, Ваше Величество. В общем, мы сейчас ищем альтернативный способ. Пытаемся копировать «Слезы Феникса» с помощью артефактов. Теоретически, это возможно. Структура вещества поддается магической репликации.
— И? — нетерпеливо спросил я.
— Пока безуспешно, — Васнецов развел руками. — Мы испробовали семнадцать различных методик. Алхимическая дистилляция. Астральное копирование. Даже ментальную проекцию — Игнатий помогал. Но структура распадается через несколько минут после создания. Нестабильна.
— Двуногий, они гонят! — прошептал Фырк. — Чую нутром — что-то недоговаривают. Как тот водила Петрович про свою щуку размером с дирижабль!
— Да вроде правда, — ответил я ему мысленно. — Посмотрим что дальше скажут.
— Правду говорят они, — заверил нас Ррык. Он был в этом уверен. А почему — это еще предстояло выяснить, но не сейчас.
— Но мы далеко не все попробовали, — поспешно добавил Васнецов. — У нас есть еще несколько перспективных идей. Профессор Громов работает над биосинтезом… Арбенин сотрудничает с нами…
— Д-да! — встрепенулся Громов. — Я… мы… то есть моя лаборатория… Мы пытаемся выделить активный фермент и встроить его в геном бактерии! Кишечная палочка, штамм К-12, безопасный… Если получится, можно будет производить литрами!
— «Если», — холодно заметил Император. — Ключевое слово.
— Из остатков пузырька от Снегирева мы уже сделали небольшую партию, — быстро вставила Анастасия. — Сорок доз. Она уже отправлена к самым тяжелым больным. В первую очередь — детям.
При упоминании детей лицо Императора чуть смягчилось. Едва заметно, но я уловил.
— Все остальное… — Васнецов пожал плечами, — не особо ваша забота, господин Разумовский. У нас получится, я уверен. Вопрос только времени.
— У нас НЕТ времени, — отрезал я. — Каждый день промедления — это десятки смертей. Сотни к концу недели.
— Мы понимаем, — Серебряный наконец подал голос. — Именно поэтому работаем без сна и отдыха. Но некоторые вещи нельзя ускорить. Наука требует времени.
— Довольны? — Император посмотрел на меня вопросительно. В его взгляде читался вызов.
С одной стороны, они явно темнят. С другой — сейчас не время и не место для допроса с пристрастием. Главное — процесс идет. И дети получат лекарство. Моя задача сейчас — решить проблему Императора. Это даст мне рычаги, чтобы потом разобраться и с этим.
— На данный момент — да, Ваше Величество, — кивнул я. — Я вижу, что работа ведется. Это главное.
— Отлично. Тогда идёмте, — Александр Четвертый развернулся к выходу, — Теперь я покажу вам всё, ради чего мы вас звали.
Глава 3
Шикарный внедорожник качнуло на повороте, и я инстинктивно попытался ухватиться за ручку.
Промахнулся — черная шелковая повязка на глазах лишала меня даже этой малости. Пальцы нашарили гладкую обивку сиденья, вцепились в мягкую, податливую кожу.
— Ваше Величество, — начал я, стараясь, чтобы голос звучал максимально тактично. — Эта повязка действительно необходима? Я не страдаю топографическим кретинизмом, но вряд ли смогу запомнить маршрут вслепую. Да и смысл? Если вы мне не доверяете…
— Дело не в доверии, Илья Григорьевич, — голос Императора звучал устало. Голос человека, который не спал несколько суток подряд, лишенный всякого металла, одна лишь костяная изможденность. — Это простая предосторожность. Не для вас — для тех, кто может следить за вами.
Внедородник снова дернулся. Резкий поворот вправо. Или влево? Черт, без зрения вестибулярный аппарат сходит с ума.
— Чем меньше вы знаете, — продолжил Александр Четвертый, — тем меньше сможете рассказать. Даже под самым сильным ментальным воздействием. Даже под пытками. Считайте это… формальностью. Неприятной и необходимой.
Он не просто предполагает, что за мной могут следить. Он допускает, что меня могут захватить и допрашивать с пристрастием. Уровень угрозы, который он рассматривает как реальный, — запредельный. Это не игра.
— Двуногий, а он параноик, — прошептал Фырк, устроившийся у меня на плече. Его коготки нервно впились в ткань куртки. — Хотя… если у тебя паранойя, это еще не значит, что за тобой не следят.
Бурундук был прав. Император всея Руси не стал бы так осторожничать без веской на то причины. Значит, то, куда мы едем, и тот, кто там находится, настолько важны, что он готов на все эти шпионские игры.