Длинные, мучительные гудки. Один, два, три… десять. Никто не берет трубку.

Плохо. Очень плохо. Муравьев — ответственный парень. Он бы не стал игнорировать вызовы без очень веской причины.

— Может, упал? — голос Вероники был полон тревоги. — Башня же старая, лестницы могли прогнить.

— Или там завал, — добавил Артем, пытаясь найти рациональное объяснение. — И он не может выбраться. Без связи, потому что под завалом.

Оптимисты. Всегда ищут рациональное, механическое объяснение. А реалист во мне, закаленный тысячами часов в операционной, уже рисовал совсем другие картины.

Муравьев на дне башни с проломленным черепом. Или в руках агентов «Ордена Обновления». Или…

— Надо послать кого-то на разведку, — решительно произнесла Кобрук.

— Я поеду, — тут же вскочил Величко.

В этот момент рация на столе ожила. Треск, шипение, и сквозь помехи — голос Муравьева. Усталый, раздраженный, с нотками отчаяния, которые заставили меня напрячься.

— Илья! Илья, черт возьми, наконец-то! Я уже час кричу в эту грёбаную рацию!

— Слава, что происходит? — мое облегчение, что он жив, смешалось со строгостью. — Ты ранен? Застрял?

— Нет, я… — раздался тяжелый вздох. — Я наверху башни. На самом верху. И я в полном аху… удивлении, простите за выражение. Я не понимаю, что делать. Уже час торчу тут как идиот, и у меня кончаются идеи и терпение.

Жив. Не ранен. Это главное. Остальное — решаемо. Но что могло так выбить из колеи самого невозмутимого из «хомяков»?

— Спокойно. Объясни детально. Ты нашел тайник?

— Нет тут никакого тайника! — почти крикнул он. — По крайней мере, нормального, человеческого тайника! Тут старый механизм от водяного насоса. Здоровенная железяка — чугун, латунь, ржавые шестеренки размером с тарелки. И на нем… на нем какие-то символы. Или руны. Или иероглифы. Черт их знает!

Символы вместо тайника. Это новое. Все предыдущие были физическими укрытиями. Здесь — что-то другое. Интеллектуальная задача. Или магическая.

— Опиши символы.

— Не могу! — в голосе прозвучало отчаяние.

— Почему?

— Потому что… Черт, это звучит как бред сумасшедшего. Когда я на них смотрю, они светятся. Бледно-голубым светом, как газовая горелка. И в голове начинается гул. Как… как рой разъяренных пчел прямо в мозгу. Чем дольше смотрю, тем сильнее. Пять секунд — и начинает тошнить.

Ментальная защита. Прямое психокинетическое воздействие на мозг наблюдателя. Классическая магическая ловушка — «не для простых смертных». Вызывает сенсорную перегрузку и вегетативную реакцию.

— А сфотографировать?

— Пытался! Телефон вырубается, как только навожу камеру! Просто черный экран и все. Даже фонарик гаснет, когда подношу к символам!

Локализованное поле, подавляющее электронику. Серьезная защита. Снегирев не шутил.

— Попробовал зарисовать?

— В том-то и дело! Рисую — вроде запоминаю. Отворачиваюсь на секунду — и забываю начисто! Смотрю на свой рисунок — каракули какие-то, не имеющие смысла! Это как пытаться вспомнить сон — чем больше стараешься, тем быстрее он ускользает!

Фырк вскочил на стол, его усики дрожали от возбуждения.

— Ментальный блок! — взвизгнул он у меня в голове. — Защита от несанкционированного чтения! Только маг может пройти! Или тот, у кого есть ключ! Это не просто замок, двуногий, это тест на Ай-Кью для магов!

Серебряный, который до этого момента молча слушал, встал со своего места у окна. Медленно, словно большая, сытая кошка, потягивающаяся после сна. На его бледном лице появилось выражение профессионального интереса — первая искренняя эмоция за все утро.

— Магический замок с ментальным триггером. Изящно. Очень изящно. Снегирев защитил самый важный компонент не физически, а интеллектуально. Обычный человек не сможет даже понять, что видит, не то что решить загадку.

— И что делать? — спросила Кобрук, и ее голос отражал всеобщее замешательство.

— Очевидно же, — Серебряный повернулся ко мне, и в его глазах блеснул триумф. — Нужен специалист по ментальной магии. Тот, кто может читать и манипулировать магическими структурами силой мысли. К счастью для вас, такой специалист у вас есть. Позвольте, целитель Разумовский — здесь начинается моя работа.

Серебряный на задание. Доверия ему мало.

Это как выпустить тигра из клетки в зоопарке и надеяться, что он вернется обратно, а не сожрет пару зевак. С другой стороны — выбора нет. Муравьев застрял, время уходит, а обычными методами эту загадку не решить. Придется рискнуть.

Я посмотрел на часы на стене. Время неумолимо уходило.

— Хорошо. Но я еду с вами.

— Илья, — Кобрук нахмурилась, морщины на ее лбу стали глубже. — Мы же договаривались. Ты — мозг операции. Незаменимый элемент. Вы остаетесь здесь.