Все случилось так быстро, что вахтовики не успели толком попрощаться, сказать, как им казалось, важные слова, и теперь старались докричаться, вместо отдельных слов над воняющим йодом морем стоял сплошной крик, но провожающим сделалось не до них. Если спецмоновцы до этого стояли и ухмылялись в прорези масок, то стоило вахтовикам отчалить, как они коршунами кинулись на баб, оставшихся без потенциальных защитников.

Выбрав помоложе, они без затей запускали им руки за вырез и жадно щупали задницы.

Женщины визжали и отбивались, как могли. Затрещала рвущаяся материя, на землю посыпались пуговицы. От вседозволенности спецмоновцы вошли в раж и стали по-собачьи пристраиваться к устающим от борьбы с взрослыми мужиками женщинам, и все бы кончилось массовым насилием, если бы не вмешательство командира. Полковник Ребрий, как ни странно, в этом случае принял сторону провожающих и зычными командами, а кое-где и рукоприкладством стал отгонять своих бойцов от женщин, точно волков от овечьего стада.

– Что там происходит? – прошептал Макс.

– Сам посмотри.

– Не могу. У меня глаза не открываются.

– Спецмоновцы баб щупают.

– Они мою маму точно также будут, – горестно прошептал Макс, и Сафа велел ему заткнуться.

Спецмоновцы, распаленные и злые от неутоленного сексуального голода, грубо толкаясь прикладами автоматов и матерясь, согнали женщин с детьми в колонну и погнали обратно к дебаркадеру. Через пять минут пирс опустел. Черный Пароход величественно выходил из бухты в открытое море. Расстояние до него стремительно увеличивалось. Толпы на палубах слились в сплошную неподвижную массу. Казалось, там никто не суетится, не машет. Голоса перестали слышаться еще раньше. Тишину нарушал только ветер.

Макс повернул к нему разом вытянувшееся белое лицо. Один раз Сафа угодил в серьезную передрягу с вооруженными нарками, Колька спас. Потом дал ему зеркало, в котором Сафа и углядел точно такое же перепуганное вусмерть лицо.

– Нам не вырваться, – с отчаянием сказал Макс. – Мы не вернемся. Никто не вернется.

Сафа перегнулся и лег на спину на нагретую солнцем крышу.

– Не каркай, – сказал он.

По небу плыли не по-осеннему белые легкие тучки. И Сафе казалось, что они складываются в сплошные знаки вопросов. Как спастись? Как? И еще он понимал, что для того, чтобы не оказаться менее чем через три недели на этом корабле-людоеде, ему может помочь только чудо.

Делом об убийстве Георгадзе интересовались на самом верху, и генерал Крутохвостов взял его под личный контроль. Уже на следующее утро после происшествия он вызвал к себе на доклад Шорохова, Неволина и Кесарева с предварительными данными экспертизы.

– Нападавших на Прыг-скока было трое, – доложил эксперт. – Грунт там мягкий, четко идентифицированы следы обуви трех человек. Двое носят кроссовки 38 размера, один – 34. Судя по глубине следов, вес нападавших не превышает 55 килограммов.

– Салаги! – презрительно произнес Крутохвостов. – Вот вам и профессионалы.

– Не скажите. Оружие применено серьезное. У всех троих пулеметы "Умхальтер-ВХ" – в просторечии – биксы, снабженные глушителями. Вещь убойная, калибр 11,6 миллиметра, смещенный центр тяжести, стальная пуля. На слонов ходить. Найдено 283 гильзы. Нет следов от оружия, стало быть, стреляли с рук. Скорее всего, засада создавалась спонтанно, когда они услышали шум автомобиля.

– Бикса весит около трех килограммов, стрелять с рук подросткам тяжеловато, – покачал головой Шорохов. – Что-то тут не стыкуется.

– Взятый служебной собакой след оборвался на дороге. Предположительно объекты перемещались на такси желтого цвета, – продолжил Кесарев.

– По данным диспетчерских, в городе находятся восемь такси желтого цвета. В указанный период в данном районе их не было, – уточнил Неволин.

– Стало быть, такси принадлежит преступникам. Вернее, они маскируют под него свою тачку! – подытожил Шорохов.

– Не факт! – опроверг Крутохвостов. – Таксист мог и соврать диспетчеру. Надо их всех допросить, не подвозил ли кто салаг. Ну, это я поручу патрульной службе.

Они сделают это оперативнее. Что удалось установить по убийству Георгадзе?

Отчитывался майор.

– Георгий Георгадзе был убит выстрелом в голову на Атлетической улице примерно в 1.00. Автомат-пулемет "Гарпун 2М" принадлежал убитому. Убийца забрал одежду Георгадзе, оружие и машину "Бош-Грацисс" стоимостью в миллион евро, но уехать далеко не смог и напротив бывшего торгового комплекса "Порш" попал в засаду, как вы выразились, салаг. Нападавшие успели рассредоточиться, увеличивая сектор обстрела, но Прыг-скок увидел их и, не доезжая, съехал на обочину и затормозил.