Кристина ухмыльнулась каверзным мыслям. Нет, она встретит седьмой рассвет — и превратиться в прах. В любом случае. Даже если бы ее обратил самый соблазнительный вампир в мире, она не предаст память своего отца.

Хотелось спать. Она так устала. Подобраться к Гудини было нелегко, она переволновалась, пока дожидалась колдуна у его дома. Да и образ нимфетки дался тяжело. Смешно, но за те несколько часов ожидания, к ней дважды подходили знакомиться. И только вампирское внушение помогло справиться с настойчивыми поклонниками без сломанных рук и носов.

Крис зевнула и подперла голову ладонью. Так хочется спать, но увы, нельзя. Она страшилась, что пойдет что-то не так, и охранники-оборотни вернуться за Гудини раньше, а она не сможет сбежать при свете дня. Поэтому держалась из последних сил.

Еще ее нервировал труп колдуна. Он пах смертью. И кровью. Когда она вынимала нож из его черного сердца, хлынула кровь. Ее одуряющий аромат заставил внутренности сжаться в противный пульсирующий комок. Так захотелось окунуть палец в еще теплую жидкость и провести по губах…

Едва сдержав ужасный порыв, Кристина накрыла Гудини одеялом и перебралась в прихожую. Благо на всех окнах в квартире висели тяжелые, плотные шторы.

Девушка произнесла несколько молитв — да, она укушена вампиром, но ведь это не повод отказывается от Бога. И она верила, что и Господь не откажется от нее. Молитва успокаивала и помогала избавиться от наваждения и соблазна выпить человеческой крови.

Воспоминания накатили внезапно…

Ей пять. Наревевшись всласть (родители опять отказались вести в зоопарк), она только-только уснула. Вдруг холодные влажные от страха руки няни коснулись ее горячих щек.

— Карамелька, проснись, маленькая моя, — чуть слышно шептала девушка.

— Итка? — улыбнулась девочка и потерла глаза.

Даже научившись выговаривать несносную букву, Кристинка продолжала Риту называть Итой, и молодая колдунья не возражала.

— Хочешь поиграть в прятки? — прошептала няня. Ее глаза лихорадочно блестели, и волнение передалось и ребенку. — Пойдем, маленькая, только тихо.

— А папа? Мама тоже будет играть?

— Мама с папой заняты, у них гости.

Схватив сонного ребенка на руки, Рита побежала на ведьмовскую кухню, где хозяева готовили свои амулеты и варили зелья.

Открыв дверь в кладовку, забитую пучками высушенных трав, пакетами с корой и корнями, Рита строго произнесла:

— Ты спрячешься здесь. Попробуй хотя бы пошевелиться — и я не дам тебе мороженого целую неделю. Поняла меня, маленькая?

— А ты, Ита, ты тоже будешь играть?

— Да, солнышко, тоже, — через силу улыбнулась няня и, услышав душераздирающий крик, побледнела. — Только смотри мне, сиди тихонечко. Чтобы ты не слышала, молчи. Это игра такая…

— Ита, я хочу Ушастика, — капризно надула губы девочка.

Рита пообещала, что принесет игрушку, если малышка затаится.

Дверь закрылась. Щелкнула задвижка, и Кристинка оказалась в темноте. Хорошо, что она не боялась темноты. Она ведь взрослая — ей целых пять лет…

А потом были крики… Треск ломаемой мебели, звон разбитой посуды, нечеловечески дикий вой и хохот.

Кристина испугалась. Она не хотела таких игр! Она хотела к маме. Хотела, чтобы папа уложил ее спать и почитал сказку про ехидную ведьмочку с черным клыкастым конем. Хотела, чтобы Ита принесла ей любимого белого зайца…

За дверью послышались шаги. Вошли двое — Кристина слышала, как они говорили о каком-то ведьмацком отродье, которое нужно быстрее найти, иначе Артур рассвирепеет.

Шевельнулась, поднимаясь, задвижка. Дверь открылась — и девочка заморгала от неяркого света, проникающего из коридора.

Как ни странно, она хорошо разглядела дяденьку, нашедшего ее. Светлые волосы и холодные голубые глаза, вдруг загоревшиеся триумфом. Наверное, он радуется, что выиграл. Хорошая эта игра, прятки!

Кристина солнечно улыбнулась — мужчина нахмурился. Окинул ее испытующим взглядом… и внезапно приложил палец к губам. Девочка понятливо кивнула и снова улыбнулась.

Мужчина закрыл дверь и кому-то крикнул:

— Пусто! И здесь ее нет!

Как говорит Ита, обманывать нехорошо. Девочка собиралась возразить, что дядя обманывает… Но тут вспомнила, что няня грозилась оставить ее без сладкого, и промолчала.

Ее нашли утром.

Когда члены Союза явились в привычное время в резиденцию своего лидера — и их глазам предстало леденящее душу зрелище. Залитый кровью дом ясно говорил, кто порезвился прошедшей ночью…

Вампиры не пощадили ни хозяев-колдунов, ни слуг-людей.