Девушка так и сделала, но до известной степени. Она не опознала по фотографиям людей, арестованных на Рыбачьем острове, и ее описание троих преступников, убивших Кевина Восса и похитивших саму свидетельницу, не наводило на мысль ни о ком из тех, кто состоял на учете, в розыске или так или иначе попадал в поле зрения полиции. Но место, где ее держали, Дженни запомнила и смогла приблизительно описать, где это находится.

– Как же ты спаслась? – осведомился Паз, после того как девушка рассказала ему, каким манером ее связали.

– Там жарища стояла, поэтому, наверное, лента на одном моем запястье ослабла, и я выпростала руку, а рядом валялись всякие инструменты. Я дотянулась до ножа и уж им разрезала все остальное.

– Что делали похитители, когда это происходило?

– Они… Они куда-то отошли, – соврала она.

Паз понял это сразу, но указывать ей на ложь не стал. Он ушел из палаты и отирался с Амелией на детской площадке, пока не вернулась Лола. С большущим пакетом для покупок в руке и выражением «Не спрашивай ни о чем» на лице она исчезла в комнате Дженни Симпсон, а вскоре после этого на кресле-каталке из лифта выкатился Роберт Цвик.

– Ага, нога, вижу, цела, – заметил Паз. – Как себя чувствуешь?

– Да так себе. Ты собираешься отвезти меня домой?

– Может быть, придется немного задержаться. Мне надо кое-что проверить в связи с полицейским расследованием. Насчет мистического ягуара, о котором шел разговор.

– Могу я поехать с тобой?

– А ты хочешь? Я спрошу.

Моралес уже говорил по сотовому телефону, когда Паз окликнул его:

– Эй, Тито, Цвик тоже хочет двинуть туда с нами.

– Нет, – сказал Моралес.

– Он самый сообразительный малый в мире. Если дело окажется запутанным, он может основательно нам помочь.

– Нет! – отрезал Моралес, продолжая разговор по сотовому.

– Это значит «да», – заявил Паз.

Отрядив пару копов из полиции Майами приглядеть за больницей и Дженни Симпсон, Моралес посадил Паза с Цвиком в свою машину и погнал к тому месту, которое описала девушка, – темно-желтому блочному строению на юге Дикси, рядом с Восемьдесят второй улицей, с большой надписью на фасаде «СДАЕТСЯ ВНАЕМ».

Гофрированные стальные двери, за которыми находилась ремонтная секция гаража, были опущены и заперты, но дверь гаражного офиса осталась открытой, и стоило подойти к ней, как даже снаружи они услышали мерзкое жужжание, являющееся в Южной Флориде верным признаком беды, и учуяли бьющий в ноздри густой сладковатый запах. Пройдя через офис, где работал оставшийся не выключенным телевизор, они прошли в сервисный отсек. Моралес нащупал на стене выключатель.

Это походило на сцену из телевизионного детектива – тучами вьющиеся над лужами крови мухи, разбросанные по полу красные клочья мяса, которые, впрочем, трудно было разглядеть из-за облепившей тело и все растерзанные ошметки кишащей массы тараканов.

Как только зажегся свет, сотни этих тварей, потрескивая жесткими надкрыльями, поднялись в воздух. Трое мужчин сжались и инстинктивно нелепо замахали руками, а Цвик, резко развернувшись, с удивительной прытью заковылял к выходу. Спустя мгновение они услышали, как за дверью его выворачивает наружу.

– По крайней мере, он не заблевал нам место происшествия, – кисло произнес Моралес, мимоходом стряхивая с рукава огромного таракана.

Люди, неспособные привыкнуть к тому, что по ним ползают здоровенные летучие тараканы, в детективах убойного отдела полиции Майами долго не задерживаются.

– Боже мой, это похоже на… Слушай, это ошметки одного и того же парня, или тут раскромсали еще и другого?

– Думаю, другого. Пойдем посмотрим.

Моралес пошел первым, беспрерывно, словно ополоумевший адский дирижер, отмахиваясь от насекомых.

– Дай-ка сюда свой фонарик, – попросил Паз. – Кажется, здесь что-то есть.

Моралес передал Пазу миниатюрный, но мощный фонарь, и тот направил луч на пол.

– Глянь, мы уже видели эти следы, а, Тито? Должно быть, у твоего обманщика имелась целая коллекция ягуаровых лап.

Паз посветил лучом на осколки стекла на полу, а потом вверх, на тусклый световой люк.

– Он выбил стекло и проник внутрь. Вот осколки. Стекло было не меньше чем двадцать на двадцать дюймов, точно? Малыш запросто мог пролезть в эту дыру и спрыгнуть вниз… да, смотри, вот, в пыли, остались следы босых ног.

Он спрыгнул сюда, и кто-то, должно быть, увидел его, и, судя по этим следам, он спрятался за этот шкаф, и…

– Посвети сюда, а? – попросил Моралес.

Он сидел на корточках возле одной из самых впечатляющих луж крови, и, когда Паз направил туда луч фонаря, стал хорошо виден отпечаток угловатого предмета, который по размеру и форме мог быть строительным разметочным угольником. Или полуавтоматическим пистолетом. Видимо, он лежал там, когда пролилась кровь: все вокруг залило красным, а место, где находилось оружие, обрисовалось с четкостью негатива.