Будучи старшим мердантом, Коль знал, что власти добиваются разными способами. Насилие — только один из них.

Тарен неодобрительно зыркнула на Дар, когда та появилась у костров, где готовился ужин.

— Шляешься? А я думала, ты с мердантом Колем знаться не желаешь.

— Не желаю, — подтвердила Дар. — Он заставил меня ухаживать за своим конем.

Тарен ругнулась.

— Как будто у нас рук тут хватает. Помоги мне кашу сварить. Я не могу одна со всем управляться.

— А остальные где?

— Хворост собирают. Тут его совсем мало. Надо поговорить с мердантом Тигом. Пусть приведут новенькую девушку.

— Лучше не надо, — покачала головой Дар.

— А тебе-то что?

— Да я все вспоминаю Лораль, — призналась Дар. — Зачем еще чью-то жизнь губить?

— А насчет нашей жизни ты что скажешь? — фыркнула Тарен. — Если тяжесть поделить, нести будет легче.

— Я стану работать вдвое больше, — пообещала Дар. — Дай мне хотя бы попробовать.

Тарен неуверенно посмотрела на нее.

— Мердант Тиг и сам может решить, что надо новенькую взять. Да и мердант Коль тоже.

— Понимаю, — кивнула Дар. — Но только ты сама их об этом не проси.

— Но как же ты сумеешь и лишнюю работу делать, и ночи коротать со своим мердантиком?

— Может быть, никаких ночей и не будет.

— А я думала, что ты его женщина. Или у него охота пропала?

— Я не могу понять, что происходит, — призналась Дар. — Он пока не… ну, ты понимаешь.

— Не понимаю, — буркнула Тарен.

— Он мог бы затащить меня к себе в шатер, как только бы пожелал, но он этого не делает. Он только к моей руке прикоснулся. И все же… он так смотрит на меня…

— А ты сама-то не передумала? — спросила Тарен.

— Нет.

— Так что же ты тогда будешь делать? Не драться же тебе с ним.

— Драться, может, и не придется, но он, похоже, понимает, каковы мои чувства.

— Ага. И он с тобой, быть может, играет.

— А с Лораль он как обращался?

— Об этом не у меня надо спрашивать, но, думаю, тут все ясно.

— Он мне сказал, что Фрей не его ребенок.

Тарен презрительно фыркнула.

— Вот-вот. А еще Лораль девственницей померла, совсем как матушка Карм. — Упомянув о смерти Лораль, Тарен призадумалась. — Ладно, Дар. Я не стану просить у Тига насчет новенькой. Как-нибудь протянем до тех пор, пока все полки не сойдутся вместе.

На следующий день шилдрон покинул долину реки Лурвен, и Дар впервые увидела обширную Терианскую равнину. Тарен бывала здесь дважды, Лораль — один раз, и они обе рассказывали Дар об этих краях. Дальше к западу, пока еще невидимая, протекала река Турген — граница королевства. На севере возвышались юры Уркхайт. Их тоже пока видно не было. В этих горах брал начало Турген, и единственный мост находился вблизи гор. Его захватили два года назад, и вот теперь там должно было собраться войско, дабы начать вторжение в соседнее королевство. До моста оставалось еще две недели тяжелого пути.

Пересекая равнину, полк время от времени останавливался на открытой местности, но чаще квартировал в крестьянских усадьбах. Дар свыклась с тем, что приходится пользоваться чужим добром, но радости ей это не доставляло. Новая жизнь стала привычной. Каждое утро она вставала чуть свет, подавала завтрак солдатам, сама ела, что останется, потом кормила и седлала Грома. Мердант Коль оказался прав: вскоре Дар подружилась с Громом. Как только она научилась понимать, в каком настроении конь и что ему нужно, она перестала нервничать, подходя к нему.

Другое дело — хозяин Грома. Мердант Коль продолжал изводить Дар. Он не приставал к ней, но она все время боялась, что начнет приставать. Другие солдаты ей не досаждали. Она считалась «женщиной Коля», а мердант — и это все знали — особой щедростью не отличался. Дар по-прежнему ходила босиком, в рваном платье, лиф которого она зашила грубыми стежками. Единственный подарок Коля озадачивал Дар. Коль забрал у нее меч, а вместо него дал кинжал. Дар решила для себя, что оружием Коль наделил ее или ради ее спокойствия, или для того, чтобы показать, что ее он не боится, даже вооруженную кинжалом.

Несколько часов каждый день Дар шла по дороге вместе с орками. Больше всего она разговаривала с Ковоком. По мере того как она овладевала все большим числом оркских слов, Дар все чаще заговаривала с другими орками. Те, что удостаивали ее внимания, относились к ней как к забавной зверушке. Большинство же на нее и смотреть не желали. Некоторых ее присутствие раздражало. Из-за них Дар предпочитала держаться поодаль, рядом с Ковоком, когда тот обучал ее оркскому языку.

Конец дня всегда был для Дар самым мучительным. Женщины к вечеру уставали и успевали проголодаться не меньше мужчин и орков, но только они должны были собирать хворост, разводить костры, готовить еду и подавать ее мужчинам и оркам, а потом мыть посуду. Дар помимо этой работы еще приходилось чистить и кормить Грома. К ночи она просто валилась с ног от изнеможения.