Центром оппозиции являются ученые-ядерщики, которые, посвятив жизнь исследованию выдающегося открытия нашего времени, стоят сегодня перед перспективой отхода на менее значительную роль, вследствие того что техника, в которой они не специалисты, предоставляет более привлекательную альтернативу развития. В министерстве энергетики и в Центральном электроэнергетическом управлении у ядерщиков могущественные лобби. Там только и слышно о том, как удобно нажать кнопку и задействовать атомную электростанцию. Ни один из этих людей не осведомил меня о том, что ядерная энергия не может стать основным надежным источником без экстенсивного развития гидроаккумулирующих электростанций.

Говорить в министерстве, что можно получить всю необходимую энергию от волн, является ересью. Это, вообще говоря, провокационное заявление действует в министерских кругах как удар электротока. «Повторите это еще раз», — угрожающе сказал мне один из министерской верхушки.

Их позицию не очень-то защищают и специалисты по охране среды, пребывающие в убеждении, что Прекрасным может быть лишь Малое. Иногда даже кажется, что если можно было бы создать миниатюрную ядерную электростанцию в виде кремниевой зажигалки в каждом доме, то эти защитники среды преклонились бы перед ядерной энергией. Им хочется маленьких станций, даже если станции будут потреблять уголь и дымить в каждом городе. Они согласны и на потребление жидкого топлива, невзирая на дым и копоть, но пусть станции будут маленькими. Генераторы волновой энергии будут большими и чистыми — но вот, что они большие…

Следует коснуться и других противоборствующих интересов. Д-р Фредди Кларк, руководитель отдела исследований по энергетике в Харуэлле, является важнейшей фигурой, формирующей представление правительства о запросах завтрашнего дня. Его точка зрения состоит в том, что альтернативные источники «по-видимому, представят лишь небольшой вклад» в этом веке, но может произойти «резкое увеличение их использования в течение первых (нескольких) десятилетий следующего столетия». Заявление он сделал, обращаясь к Национальной федерации женских институтов [34] , и форма его аргументации носила следы размышлений о волновой энергетике.

Он попытался ослепить своих слушательниц величественностью техники. Сооружения, которые для этого потребуются, говорил он, будут иметь размеры самолетных ангаров. Только лишь блок любого из них занял бы весь зал Вестминстер-Холл [35] , (в котором происходила встреча). Естественно, что леди чувствовали себя подавленными.

Такие аргументы трудно воспринимаются дилетантами. Мне говорили о строениях высотой с многоэтажный дом и длиной с гигантский нефтеналивной танкер, на которые обрушиваются волны, достаточно сильные, чтобы снести кафедральный собор и протащить его в жерле тридцатиметрового диаметра. Когда оратор является видным инженером или ученым, спорить с ним нелегко. Но все же попытаемся возразить ему.

«Представим попытку постройки стены высотой 365 м над уровнем моря, содержащей 100 000 м3 бетона. Для начала, старина, подумай, как забетонировать такую стенку. Сооружение должно вмещать десять миллионов кубических метров воды, и для доставки воды на такую высоту потребовались бы насосы весом 650 т, размещенные в подземной пещере длиной 82 м и глубиной 30 м, вмещающей семиэтажный дом…» Это впечатляет. Проект выглядит неосуществимым. В действительности же это описание Круачанской насосной станции в Шотландии мощностью 400 МВт, функционирующей уже 13 лет.

Достоверно, что д-ра Кларка весьма восхищают технические достижения нефтяных компаний. А эти последние не желают видеть никаких конкурентных источников энергии, делающих их присутствие менее желательным.

Затем имеется лобби угольщиков. М-р Алекс Иди, фигура №2 в министерстве энергетики, представляет в парламенте Мидлотиэн [36] и ранее являлся лидером шахтерской группы лейбористской партии. Национальное управление угольной промышленности при поддержке профсоюза горняков копает в Вэйле-Иорк, вокруг Сэлби, и заверения в незначительности ущерба для местности, представленные в ответ на общественный запрос, не оправдываются; местные жители чувствуют, что их ввели в заблуждение. Управление смотрит на Вэйл-Бель-вуар как на очередной объект. Оно имеет также планы в отношении Котсволдса [37] , и поговаривают, что Оксфорд расположился на угольном пласте. В один прекрасный день эти планы могут предоставить десятки тысяч рабочих мест (с членством в профсоюзе горняков), если общество сознательно решит, что надо уничтожить сельские ландшафты и приговорить армию людей к работе под землей в нечеловеческих условиях.

Ни один из факторов не следует преувеличивать. Речь идет о достойных людях, теснейшим образом связанных с нашим будущим и обеспокоенных, поелику они являются государственными служащими, ответственностью за рекомендацию экспериментальных проектов огромной стоимости. Позиция их к тому же не облегчается давлением различных конкурирующих группировок.

Рассмотрим цепь возражений, которые возникают в предположении, что программа размещения в море полномасштабных моделей либо их элементов будет развертываться по мере их производства, обеспечивая непосредственное продвижение проекта:

(1) «Мы можем наделать ошибок». Да, можем, и самый резкий ответ на это представил Коккерель, рискнувший собственными средствами до того, как правительство поддержало его проект. В любом развитии, если оно происходит без оглядок, есть элементы риска. Однако в государственном аппарате не согласятся с этим. «Статьей расходов это не предусмотрено», — говорят там. Но изобретатели должны иметь право на ошибку. Ведь мы знаем, что производство электроэнергии возможно. К этому следует добавить, что, пока эти устройства не испытаны в открытом море, любое гидравлическое и численное моделирование будет расточительством, ибо море всегда имеет неожиданный трюк в рукаве. Ничто не заменит реального океана.