Колю не мучили тяжкие сны. Если он и страдал каким-либо комплексом, то это был комплекс абсолютной полноценности.

И теперь Колю могло зашкалить.

Он получил заказ.

Естественно, анонимный, через десяток людей, знающих в этой цепочке лишь ближайшего соседа. Так считал Коля. Так, опять же по мнению Коли, действовала «профессиональная» система заказа.

И теперь Колю могло зашкалить.

Все, больше никаких пидоров, мелких бизнесменов и братков, курирующих несколько палаток на оптовых рынках. Со всеми этими лохами покончено. Коля становится птицей совсем другого полета. Он — настоящий профессионал, и люди, те, кто понимает, оценили качество его работы. И вот зеленые бумажки, пятьдесят процентов гонорара: пачка баксов, пусть пока еще и тоненькая, греет душу!

Вопросы? У кого-нибудь есть вопросы! Есть?!

— До хера желающих, — громко произнес Коля.

Сегодня ему заказали одного из самых крутых пацанчиков в Ростове.

Коля полагал, что скорее всего заказ исходил от ростсельмашевских. Почему-то ему назначили встречу в одном «рестике» (так Коля именовал рестораны), а там — надо же какое совпадение! — как раз гуляли ростсельмашевские. Но теперь все это не важно. Коле плевать, откуда исходит заказ. Гораздо важнее другая вещь. Его цель — один из самых крутых авторитетов, в чьем присутствии люди молчат и боятся произнести лишнее слово, потому что за базар всегда надо отвечать. Еще вчера дерзкий и решительный Коля Бочкарев сам бы молчал в его присутствии, как молчат в присутствии грозных царей. Сегодня пришла пора валить идола с пьедестала. Сегодня ему заказали Кешу Беспалого.

Коля Бочкарев знал, что проколоться он не имеет права. Правда, ему указали и время, и место. Ресторан «Поплавок», сегодня вечером. Значит, Коле все надо будет сделать быстро, не мешкая. Прокол повлечет за собой много неприятностей. Во-первых, заказ передадут другому. Во-вторых, вполне может статься, что появится еще один заказ. На самого Колю Бочкарева. А если даже и нет, то на дальнейшей карьере можно ставить жирную точку. Коля достиг своего пика, не справился, и его подвинули. Все, помашем ручкой.

— До хера желающих! — так же громко повторил Коля.

Бочка никогда не начинал тратить денег с заказа, пока не выполнял работу. Так он собирался поступить и в этот раз. Он уже присмотрел голду на шею, прикольного плетения и в палец толщиной, и завтра он ее обязательно купит.

Завтра. А сегодня в восемь, ну в половине девятого, он выполнит свою работу и тогда уже действительно помашет ручкой.

Коля вставил в автомагнитолу любимую кассету: Dj Грув устами своей электронной возлюбленной объявлял, что теперь «Поздно. Меня уже нет!».

Очки, оружие и рейв — вот что по-настоящему интересовало Николая Бочкарева по прозвищу Бочка. И еще — эротические фантазии. Про маленькую девочку, которую выпестует крутой и, может, чуть усталый профессионал, в какого после сегодняшнего заказа и превратился Коля. Выпестует, подождет, пока она подрастет, а потом, глядишь, и женится на ней. Хотя секс они будут иметь с самого начала. О, это будет невинное дитя с очень развратными глазами. Иногда.

Только когда Коля будет желать этого.

— Поздно, меня уже нет, — произнесла электронная возлюбленная Dj Грува.

— Постой-постой, — ответил Коля.

Этот своеобразный диалог, как уже было отмечено, происходил в салоне угнанной Колей «восьмерки», на следующий день после того, как Санчес с таким увлечением разглядывал витрину бутылок (а еще с большим — зеркальные просветы между ними) и развлекал старшего бармена Сабину беседой с плохо скрываемым поволжским акцентом.

— Постой, — снова произнес Коля.

По скромному мнению Коли Бочкарева, тачки лучше «бэхи» не существовало. А именно так Коля называл автомобили баварских моторных заводов «БМВ». В отличие от комфортного «мерсюка» «бэха» — тачка для водилы. Стоит поправиться — для богатого водилы. Или, как говорили раньше в Ростове-папе, «вещь для денежных». Разница существенная: не просто комфортная тачка, а тачка, комфортная преимущественно для водилы. Для таких вот одиночек, как Коля, которым лишь вольный ветер — хозяин. Опять же стоит поправиться: для таких вот одиночек с бабками. Хотя без бабок — какой же это одиночка? Это уже какой-то дрюченый отщепенец. По скромному мнению Коли Бочкарева, мужик вообще не мог существовать без бабок. Потому что в противном случае это уже не мужик, а фуфло типа «душный пассажир». Кеша Беспалый был далеко не фуфло, и вряд ли кто-либо, даже за глаза, назвал бы его «душным пассажиром». И ездил он на «бэхе-750» — той, удлиненной, модели. Не тачка — ласточка! Коля знал про эту машину все.

Как-то он перегонял точно такую же модель. Тачка была краденая, и особых денег Коля тогда не срубил. Но на машину запал. И твердо пообещал себе, что между девяносто девятой моделью его «Жигулей» и «седьмой» «БМВ» у Коли не будет никаких переходных звеньев. Следующая его тачка будет «бэха». Хотя бы краденая — с гаишниками по Ростову и области он добазарится. А может, с кого-то за долги срубить удастся. Вот такое Бочка дал себе слово, такая у него была мечта.

Сейчас Коля Бочкарев не сводил взгляда с «750-й» «БМВ», цвет — темно-синий металлик, принадлежащей, как оказалось, Кеше Беспалому.

Дела получались интересные. Сегодня Коле пришлось совершить некоторое путешествие (и стоит признать, мать их, немалое!) — тащиться из Ростова на левый берег Дона, в эту Тмутаракань, чуть ли не до самого Батайска. Ставить на стоянку собственную «99-ю», цвет — мокрый асфальт, угонять у какого-то лоха «восьмерку» (хотя почему у лоха? Музыка у братишки приличная, тачка шустрая. И вообще, братишка, не грузись, найдут твою тачку, лишь заказ выполню, максимум через пару часов, это я тебе конкретно обещаю), чтобы оказаться у этого навороченного ресторана «Поплавок», что недалеко от Батайска. Вообще-то ресторан этот — загородный клуб, называется то ли «Даймон», то ли «Диамонд», и здесь всегда приличная братва гуляет, но еще с совковых времен, когда и клубов-то никаких не было, к этому чуть ли не единственному тогда загородному ресторану приклеилось название «Поплавок».