Мариша молчала. Правда предстала перед ней во всей своей неприглядности. Теперь стало понятным и странное поведение господина Мохатмы, когда он сначала отказался везти девушек в аэропорт, а потом сам чуть ли не силой заставил их ехать. Просто он ждал звонка с указаниями, как ему быть. Звонка он дождался и сразу же повез девушек к самолету.

— И мы угодили прямо в ловушку! — заключила Мариша. — Ну и дурака мы сваляли. Особенно я. Но как моя тетя могла не знать, что за скотина ее любовник!

— Чего уж теперь плакаться, — сказал Влад. — Нужно подумать, как нам отсюда выбираться.

— А где мы? Ты знаешь?

— Кажется, это подвал какого-то древнего храма, — сказал Влад. — Мне кажется, что я его видел. Храм, имею в виду. Когда нас сюда несли.

— А я помню, как нас люди Раджи перетаскивали с судна в самолет. А потом мы куда-то летели, — сказала Мариша. — И, по-моему. Раджа приказал выбросить нас из самолета. Просто чудо, что мы до сих пор живы.

Должно быть, угодили прямиком в озеро.

— И какие-то люди нас выловили из воды и принесли сюда, — подхватил Влад.

Подруги осмотрелись по сторонам. Было похоже, что они и в самом деле в подвале храма. На стенах были высечены извивающиеся в танце человеческие фигуры с округлыми линиями и пышными бедрами. Фигуры были освещены лунным светом, который падал в подвал через зарешеченное окно. Сами стены были страшно древними.

— Очень красиво! — справедливо заметила Мариша. — Но как нам отсюда выбраться?

— Тише, вы слышите? — насторожилась Инна. — Какое-то пение и музыка.

Все прислушались. И в самом деле звучали ударные инструменты, вплетаясь в красивую, но чуточку заунывную мелодию.

— Ой! — пискнул Влад. — Не нравятся мне эти песнопения под полной луной.

— Что? Что такое? — всполошились подруги.

— Лучше бы вам этого и не знать, — ответил им Влад очень мрачным голосом.

Слова Влада заставили их похолодеть.

— Говори как есть! — приказала Мариша, трясясь от страха.

— Не важно, давайте лучше побыстрей выбираться отсюда, — ответил Влад. — Помогите мне. Нужно попытаться расшатать решетку.

Он встал прямо под решеткой. Мариша вскарабкалась ему на плечи. Но дотянуться до окна все равно не получалось.

— Инна! — позвала Мариша. — Иди сюда.

— Я упаду! — сказала Инна. — И у меня голова от высоты кружится. Я не могу!

— Если ты не сможешь, через несколько минут нас всех прикончат. Принесут в жертву, — сказал ей Влад.

— Ты шутишь? — недоверчиво спросила Инна.

— Насчет нескольких минут точно шучу.

— Нет, насчет жертвы, — уточнила Инна. — Человеческие жертвоприношения давно канули в прошлое. Так ведь?

Влад красноречиво промолчал.

— Я лезу! — заторопилась Инна. — Если подумать, так тут вовсе и не высоко.

И она ловко, словно обезьянка, начала карабкаться наверх.

— Решетка едва держится! — довольным голосом сказала она. — Могу даже выдернуть.

— Так дергай! — воскликнула Мариша, которая стала что-то совсем нервной и тряслась так, что все трое едва не падали.

— Если я ее выдерну, то потеряю равновесие и грохнусь, — сказала Инна.

— А ты попытайся вытолкнуть решетку наружу, — предложил ей Влад.

— Точно! — обрадовалась Инна. — Как это я сама не сообразила.

Музыка снаружи стала несколько громче. Или так только показалось перепуганным пленникам. Как бы то ни было, Инна резким толчком выпихнула решетку наружу Затем, осторожно подтянувшись на руках, сама вылезла следом за ней. На это у нее ушло всего несколько минут, но музыка за это время совершенно точно стала громче.

— Лезьте сюда! — свесившись головой вниз, прошипела Инна. — Вот, держите!

Она бросила вниз свою рубашку. Левый рукав она держала в руках и для надежности обмотала им свое запястье. А правый опустила к Марише. Та уцепилась за него и потребовала, чтобы Инна тянула.

— Я не могу! — простонала Инна, скрипя зубами от усилия и чувствуя, что в голове у нее мутится. — Не выходит. Ты слишком тяжелая. Мариша, подпрыгни, а? Тогда я попытаюсь тебя подловить. Тебе совсем немного нужно подпрыгнуть.

— Прыгай! — велел Влад. — Выбирать не приходится. Я тебя подброшу. На счет «три». Раз, два, три!

И Мариша прыгнула. Никогда в жизни ей не приходилось прыгать так высоко и с такой неустойчивой площадки, какой были плечи Влада. Но она взлетела, едва не сломав парню ключицу, и успела уцепиться за край окна. Ободрав себе всю кожу на руках, она вылезла наружу.