— Не будем о грустном. У меня есть отличные новости, надеюсь, не только для нас с Джеком, но и для тебя. Не возражаешь, если к нам приедет один человек?

— А кто? — поспешно спросила Диана, пристально вглядываясь в подругу.

— Барри, — ответила Лоэлия. — Он уже вернулся и теперь хочет приехать к нам. Ты не возражаешь?

Не нужно было обладать особой проницательностью, чтобы заметить, как смутилась Диана: она то краснела, то бледнела, пытаясь взять себя в руки.

— Конечно, нет. Это было бы замечательно, — наконец тихо ответила она.

Большего Лоэлии не было нужно.

Оставшись в своей комнате одна, Диана вдруг почувствовала, что ей не по себе при одной только мысли о том, что она скоро увидит Барри.

Прошел почти год с тех пор, как они виделись последний раз, и ей казалось, что за это время она изменилась до неузнаваемости.

Теперь она уже не та Диана, что с холодным равнодушием взирала на жизнь, а потом, убитая горем и отчаянием, мужественно боролась за свое существование.

Какой же странной она тогда казалась Барри! Теперь Диана прекрасно это понимала.

Как же он был прав, когда говорил, что в жизни человека лишь немногие люди по-настоящему что-то значат, будь то друзья или враги.

И не важно, что о тебе думают другие, важно только то, какого мнения ты о себе сам.

Если ты сам себя не ценишь и не уважаешь, как бы ни расхваливали тебя другие, не будешь ты испытывать от этих похвал никакого удовлетворения.

«Почему я была такой глупой, когда только познакомилась с Барри?» — печально думала Диана.

А теперь ей было даже страшно встречаться с ним, так дорожила Диана его мнением и им самим.

Она чувствовала, что, кроме Барри, ей никто в жизни не нужен. Если бы только знать, что он рядом, Диана была бы уже счастлива.

Сейчас для нее не было ничего важнее любви. Наконец-то она дождалась настоящего, прекрасного чувства. Она любит замечательного человека и готова идти за ним на край света.

Раньше такое ей было неведомо. Легкий флирт, влюбленность, быстро возникающее желание — вот и все, на что она была способна.

Она чувствовала, что отныне ее сердце принадлежит только ему.

Это было странное чувство, не похожее ни на что другое.

Диана поднялась с софы и, подойдя к зеркалу, взглянула на свое отражение.

За время болезни она очень похудела, золотистые волосы потускнели.

Глаза на исхудавшем лице казались огромными и очень блестящими, а темное платье подчеркивало неестественную белизну кожи.

Глядя на себя, она вдруг вспомнила, что два года назад Барри отнюдь не был восхищен ее красотой.

Пришли на память и слова, сказанные им тогда в саду, и слезы выступили у нее на глазах.

«Ах, Барри…» — горестно прошептала она и закрыла лицо руками.

Барри весело хохотал. Робин, взвизгивая от восторга, хлопал в ладоши, а собаки, заливаясь пронзительным лаем, носились взад-вперед по зеленой лужайке за мячом, который снова и снова бросал им Барри.

Щелкая зубами и рыча друг на друга, хотя на самом деле им было так же весело, как и людям, собаки мчались за желанной добычей. И тот, кто оказывался проворнее, возвращался к Барри победителем, крепко зажав в зубах свой трофей, и, весело виляя хвостом, клал свою честно заработанную добычу у его ног.

Диана, держа в руках огромный букет садовых цветов, который они собирали все вместе, наблюдала за происходящим весельем, временами заливаясь звонким смехом над каким-нибудь замечанием Робина.

Спускаясь по ступенькам, Лоэлия невольно восхитилась живописной картиной, которую представляли собой ее друзья, и про себя от всей души пожелала им счастья. Если бы Диана и Барри обладали способностью читать мысли на расстоянии, они наверняка смутились бы, узнав, о чем сейчас подумала Лоэлия.

Наконец собаки выбились из сил, гоняясь за мячом, а Лоэлия увела брыкавшегося изо всех сил Робина пить чай. Диана и Барри остались одни.

Он взглянул на нее и улыбнулся. Диана в этот момент была несказанно прекрасна. Солнце играло на ее распущенных волосах, живописный букет ярким пятном выделялся на белом льняном платье.

Не говоря ни слова друг другу, они пошли по лужайке к столу, вокруг которого уже стояли стулья, возвещая о том, что скоро предстоит чаепитие.

— Вы и в самом деле чувствуете себя лучше? — спросил Барри.

Диана кивнула.

— Откровенно говоря, так хорошо я давно себя не чувствовала, — ответила она. — Последние несколько недель меня так опекали и баловали, что я не только поправилась, но даже устала от ничегонеделания и теперь полна сил и энергии.