— Нечто подобное однажды проделали союзники во время рейда на Сен-Назер в сорок четвертом, — заметил Питт. — Только тогда они заминировали списанный миноносец.

— Точно, — согласился Кабрильо. — Я даже его название помню — «Кэмпбеллтаун». Он протаранил сухой док, где нацисты собирались ремонтировать поврежденный «Тирпиц». Пока они бегали и суетились вокруг, сработал часовой механизм спрятанной в трюме многотонной бомбы. Погибло больше сотни зевак, а от дока осталось одно воспоминание.

— У Шэня другие масштабы, — усмехнулся Питт. — Чтобы разнести «Юнайтед Стейтс», понадобится целый эшелон тринитротолуола. Боюсь, правда, что после такого взрыва на милю вокруг не останется ничего живого.

— От него можно ожидать любой пакости. Как вы думаете, по зубам ему раздобыть атомную бомбу?

— Допустим, у него имеется в загашнике ядерный заряд, — принялся рассуждать вслух Питт. — Только применять атомное оружие для стрельбы по воробьям, во-первых, глупо, а во-вторых, накладно. Для бомбы, способной уничтожить город с миллионным населением, и цель требуется соответствующая. Но что он выиграет, сровняв с землей Сан-Франциско, Чикаго или Нью-Йорк? И какой смысл использовать в качестве средства доставки крупнейший в мире лайнер, обошедшийся Шэню в десятки миллионов долларов, когда ту же задачу можно решить куда проще и дешевле? Он ведь не религиозный фанатик и не террорист, а бизнесмен до мозга костей, преследующий исключительно собственную выгоду. Беда в том, что он хитер, коварен и удивительно изобретателен. Каков бы ни был его замысел, держу пари, что мы с вами и за тысячу лет не докопаемся до его сути.

— Вы правы, — со вздохом признал шкипер. — Шэню совсем не с руки разрушать города и уничтожать сотни тысяч людей, не говоря уже о том, что связать с ним взорванный лайнер не составит труда.

— А если...

— Что? — насторожился Кабрильо.

— Предположим, взрывчатка на «Юнайтед Стейтс» все-таки заложена, но в таком малом количестве, что мы с Алом просто ее не заметили в процессе осмотра судна.

— Почему в малом?

— Потому что достаточно нескольких десятков сравнительно небольших зарядов, размещенных в узловых точках корпуса, чтобы при их одновременном взрыве у лайнера отвалилось нише и он тут же затонул.

— Весьма перспективная версия. По-моему, вам стоит заняться ей вплотную.

— Я тоже так думаю. Кстати говоря, она косвенно подтверждается еще и тем, что мой напарник обнаружил задраенными все люки, ведущие в нижние трюмы.

— Тогда вам не хватает только гадалки, чтобы узнать, в каком месте Шэнь намеревается затопить «Юнайтед Стейтс», — чуть слышно пробормотал Кабрильо; глаза его закрылись, и он провалился в забытье.

Питт раскрыл рот, собираясь что-то ответить, но вовремя заметил, что собеседник потерял сознание. Поднявшись, он на цыпочках вышел из каюты и тихонько прикрыл за собой дверь.

Три дня спустя, приняв на борт портового лоцмана, «Орегон» вошел в гавань Гуама и пришвартовался у коммерческого терминала. Если не считать срезанной почти у основания снарядом грот-мачты, судно выглядело точно таким же, как на выходе из Манилы. На причале его поджидали несколько машин «скорой помощи», чтобы доставить раненых в госпиталь базирующейся на острове американской военной базы. Первыми увезли китайских морских пехотинцев, затем настала очередь пострадавших членов экипажа лесовоза. Питт и Джордино вежливо оттеснили санитаров и сами снесли на берег носилки с Хуаном Кабрильо.

— Мне даже как-то неудобно, — пожаловался шкипер. — Такое ощущение, будто я калиф багдадский!

— Счет за дополнительный кайф будет выслан вам по почте, — загробным голосом пообещал итальянец.

Прежде чем загрузить носилки в микроавтобус, друзья бережно опустили их на бетон пирса. Встав на колени, Питт заглянул в глаза капитану.

— Прощайте, сеньор председатель, — произнес он с чувством. — И знайте, что я горжусь знакомством с таким замечательным человеком, как вы.

— Я тоже очень рад, что судьба, пусть ненадолго, свела меня с вами, Дирк. Если вам когда-нибудь наскучит пахать за гроши в НУМА и вы станете подыскивать другое местечко, присылайте ваше резюме. Обещаю поддержать вашу кандидатуру на совете директоров. Работая в нашей корпорации, вы сможете посетить самые экзотические порты всех семи морей, значительно укрепить здоровье, благодаря постоянному пребыванию на свежем воздухе, и обеспечить себе достойную старость.

— Или безымянную могилку на дне, — усмехнулся Питт. — Да и насчет здоровья что-то сомневаюсь. Сдается мне, морские прогулки на вашей посудине чреваты внезапными прострелами в самых неподходящих частях организма. Хотя, если честно, я буду скучать по вашему «Орегону».

— Я тоже, — тяжело вздохнул Кабрильо.

— Ну, вам-то долго скучать не придется. Через недельку поправитесь и вернетесь обратно.

Шкипер покачал головой.

— Уже не вернусь. Это был последний рейс «Орегона». Нам придется подыскивать новое судно.

— Почему? — удивился Питт. — С ним вроде бы все в порядке. Подлатать немного — и будет как новенький.

— Может, у вас пепельницы переполнились? — участливо спросил Джордино. — Или мыши в торпедных аппаратах завелись?

— "Орегон" засветился, — пояснил Кабрильо. — Теперь он «скомпрометирован», если пользоваться жаргоном профессиональных разведчиков. Китайцам о немуже известно, а это значит, что не пройдет и недели, как соответствующая информация поступит в базы данных спецслужб всего мира. Он исчерпал свой потенциал в качестве судна-прикрытия, почему я и говорю, что теперь придется перебираться на другое.