Фрэнк Стюарт заглянул из шлюзовой в операторскую, где сидел за пультом Руди Ганн, перед которым светились два экрана: компьютерного монитора и обзорный — напрямую соединенный с видеокамерой «Бентоса».

— Мы готовы, Руди, — сообщил шкипер.

— Приступайте! — махнул рукой начальник экспедиции.

Натянутые тросы ослабли и провисли, когда сигарообразное тело мини-субмарины погрузилось в мутную речную воду. Нырнувший следом аквалангист разъединил захваты, уцепился за торчащую из стенки колодца металлическую скобу и быстро вскарабкался наверх. Стюарт вернулся в операторскую и сел рядом с Ганном в соседнее кресло. На экране пока ничего интересного не происходило: «Бентос» не успел еще выйти из шлюза, его оптика фиксировала только стальные стенки колодца.

— Тебе не кажется, что все это здорово смахивает на Шекспира?

— "Много шума из ничего", — кивнул Руди. — Согласен, старина, но приказ о подводной разведке в акватории Сангари поступил из Белого дома. Сам понимаешь, адмирал не мог отказаться.

— Неужели там сидят идиоты, всерьез предполагающие, что Шэнь задумал выгружать живых людей со своих транспортов через подводный туннель?

— Дураков на свете много, — рассмеялся Ганн. — Должно быть, какой-то шишке в администрации эта идея показалась привлекательной. Потому мы здесь и торчим.

— Кофе будешь? — спросил Стюарт, вызывая камбуз по интеркому.

— Не откажусь.

Помощник кока принес поднос с двумя кофейными чашками и полным кофейником. Прошло три часа. Кофейник давно опустел, по застывшей на дне чашек гуще ползали мухи, все любопытствующие разбрелись по своим делам, а Ганн и Стюарт продолжали топтаться на месте. Фигурально выражаясь, разумеется, потому что «Бентос» послушно сновал по акватории от причала к причалу, исправно передавая на монитор полученное изображение. Картинка, к сожалению, оставалась неизменной: частокол стальных свай, глубоко вбитых в илистое дно и служащих, в свою очередь, опорами для железобетонных платформ пирсов и доков. И ни малейшего намека на туннель или хотя бы отверстие, достаточно широкое, чтобы сквозь него мог протиснуться человек. Ближе к полудню Ганн оторвался от экрана и повернулся к напарнику.

— Полдела сделано. Западную сторону мы обследовали полностью. — Руди снял очки и принялся с ожесточением тереть тыльной стороной ладони покрасневшие, слезящиеся глаза. — Никогда не думал, что пялиться несколько часов подряд на металлический забор так утомительно, — пожаловался он.

— Ты ничего не заметил? — на всякий случай уточнил педантичный шкипер.

— Даже крысиной норки! — с чувством ответил Ганн.

— Я тоже. Есть предложение: давай перекусим, пару часиков отдохнем, потом перегоним «Бентос» через реку к восточной стенке и пройдемся вдоль нее. Если повезет, к ужину как раз закончим.

— Нет, расслабляться не будем, старина, — решительно отказался Руди. — Начнем прямо сейчас. Будет спокойнее на душе, если к вечеру мы уже уберемся отсюда.

— Съешь хотя бы сэндвич, — посоветовал Стюарт. — Ты ужасно выглядишь.

— Ничего, потерплю. Поехали.

Он набрал на клавиатуре пульта команду, заставившую мини-субмарину изменить направление и взять курс на противоположный берег, после чего откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Через десять минут «Бентос» подал сигнал, что цель достигнута. Ганн вновь развернул аппарат под прямым углом, и поиск возобновился. Еще десять минут спустя зазвонил его мобильный телефон.

— Возьми трубку, Фрэнк, — бросил он капитану.

Стюарт взял телефон и поднес к уху.

— Это Дирк Питт, — сообщил он, протягивая трубку Ганну.

— Питт?! — удивился тот, хватая мобильник. — Дирк, это ты, бродяга?

— Привет, Руди, — раздался знакомый голос. — Я звоню из самолета. Если не ошибаюсь, сейчас он как раз пролетает над Невадой.

— Как ваши успехи с «Юнайтед Стейтс»?

— Один наш новый знакомый пытался меня утешить, что отсутствие результата — тоже результат, — проворчал Питт. — Я ему не поверил, но разубеждать не стал. Больных и раненых врачи огорчать не рекомендуют. Во избежание.

— Вы что, опять в переделку попали, хулиганы?! — встревожился Ганн. — Вы целы?

— Да так, потрепало маленько, — признался Питт. — Но это все ерунда, царапины. Плохо, что мы ничего не нашли. На днище и бортах лайнера нет ни люков, ни следов недавних сварочных работ. Только сплошной слой краски. А у вас как дела?

— Если в ближайшие четыре часа ничего не откопаем, придется утешаться тем же, что посоветовал твой знакомый.

— Кто у тебя под водой? Я их знаю?

— Никого. Мы отправили «Бентос».

— Тогда следи за ним в оба. У Шэня в подводной охране служат такие ушлые ребятишки, что из-под носа кита уведут, а ты и не заметишь.

Ганн помедлил с ответом, не совсем понимая, что имеет в виду Дирк, и уже открыл рот, собираясь уточнить, но в этот момент Питт заговорил снова:

— Извини, Руди, тут нас пилоты на ланч пригласили, так что я побежал. Звякну тебе еще раз из Вашингтона. Ал передает привет тебе и Фрэнку. Пока.

— Как там Дирк с Алом? — осведомился Стюарт, когда Ганн положил на стол умолкшую трубку. — Золотые парни! Лет пять с ними не виделся. Тогда они, помнится, разыскивали затонувший где-то в районе Тьерра-дель-Фуэго круизный лайнер «Леди Фламборо».