И вдруг словно темной пеленой накрыло мир, Татьяна невольно замедлила шаг, внимательно огляделась. Никого. И все-таки она не ошиблась…

Он был где-то там — Татьяна хмуро посмотрела вперед, ей вдруг нестерпимо захотелось вернуться. Не пойти даже — побежать, бежать куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого гиблого места. Но она не побежала — то, что должно произойти, все равно случится. Так пусть все решится сейчас…

Тряхнув головой, она перекинула сумочку в левую руку и спокойно пошла по дорожке. Пожалуй, даже чересчур спокойно. А может, именно так и надо — пусть видит, что нет в ней страха. Не стоит доставлять ему удовольствие.

Она увидела его сразу, как только Шорг вышел из скрывавшей его тени. Совсем другой — и все равно он. Он, не узнать его было невозможно. Та же кривая надменная ухмылка, те же холодные глаза. Он…

Когда она подошла совсем близко, Шорг заглянул ей в лицо и развел руки в притворной радости:

— А вот и я, моя лапонька. Заждалась? — Он широко улыбнулся, даже слишком широко — улыбка стала похожа на оскал, — затем тихо рассмеялся.

И смеху него был все тот же — тихий и надтреснутый. Татьяна с трудом выдержала взгляд Шорга, всем существом своим ощущая переполнявшую его силу. Очень многим этот взгляд стоил жизни.

— Уйди с дороги, — хмуро сказала она, пытаясь обойти Шорга. Но ничего не получилось: он преградил ей путь, а губы вновь изогнулись в усмешке.

— Не так быстро, кисонька. Дай хоть взглянуть-то на тебя как следует… — Шорг отступил на шаг назад, слегка прищурил глаза. Его взгляд скользнул по изящным ногам в тонких черных чулках, на секунду задержался на бедрах, прополз по груди, оценил симпатичный овал лица.

— Недурно, милая, недурно, вполне симпатичная шкурка. Не так уж плохо для маленькой шелудивой воровки… — Шорг снова посмотрел ей в глаза и ухмыльнулся.

Татьяна промолчала, лишь глаза ее полыхнули жгучим недобрым светом. Он получит свое. Обязательно получит.

— Так как, красавица, прогуляемся? — Шорг попытался взять ее под руку, Татьяна все так же молча оттолкнула его. Улыбка медленно сползла с губ Шорга. Он начинал злиться.

— Глупая дрянь… — Голос Шорга изменился. — Ты так ничему и не научилась. — Он быстро шагнул вперед и схватил девушку за плечи, Татьяна невольно вскрикнула. — Отдай Браслет, дура!

— Никогда… — Голос девушки был едва слышен, она ожесточенно пыталась вырваться. — Отпусти, или я опять… уйду…

— Лжешь, как всегда… — Шорг натянуто рассмеялся. — На этот раз, милая, я тебе этого не позволю. Кроме того, я никогда не поверю, что ты так просто оставишь такую роскошную шкурку — бьюсь об заклад, тебе стоило больших трудов ее раздобыть. И еще, кисонька: я не прочь познакомиться с ней поближе… — Шорг притянул девушку к себе и жадно припал к ее губам.

И тут что-то произошло. Татьяна почувствовала, как кто-то рванул Шорга в сторону, тут же послышался глухой звук удара. Охнув, Шорг медленно осел на асфальт.

— Вот черт… — раздался совсем рядом знакомый Татьяне голос. — Ничего, что я вмешался?

Это был Сергей. Татьяна несколько секунд смотрела на него непонимающим взглядом, затем ее сердце наполнилось ужасом. Только не это…

— О господи… — прошептала она, все яснее понимая чудовищность произошедшего. — Что же ты наделал…

Сергей нахмурился. Было видно, что он ожидал совсем других слов.

— Прости, если что не так… — пожал он плечами. — Я думал, просто какой-то тип пристает. Не бойся, он сейчас придет в себя. — Сергей озадаченно взглянул на Шорга. — Я посажу его на скамейку…

— Оставь его… — Татьяна торопливо схватила за руку нагнувшегося было Сергея. — Ты ничего не понимаешь. Уходи, прошу тебя. Уходи, пока он тебя не увидел. Быстрее!

И тут же послышался тихий надтреснутый смех.

— Никак кавалер, Танюша? Милая моя, так ведь это же все меняет… — Шорг не торопясь уселся на асфальте, потер подбородок, тряхнул головой. — Теперь мы быстро все уладим… — Он не без труда поднялся на ноги, его слегка покачивало, но на губах уже играла все та же кривоватая ухмылка.

— Поздно… — простонала Татьяна, невольно пытаясь закрыть, заслонить собой Сергея. — Что же ты наделал…

— Симпатичный малыш, — с издевкой произнес Шорг, глядя на Сергея, затем снова заглянул Татьяне в глаза: — Как, милая, устроим обмен? Его жизнь в обмен на Браслет..

— Оставь его! — В голосе девушки мелькнуло отчаяние. — Ведь это наши дела, Шорг… Только ты и я, и никого больше. Ведь он ни при чем!

— Ты так думаешь? — ухмыльнулся Шорг. — У меня на этот счет совсем другое мнение. И еще: ты ведь знаешь, я не люблю долго ходить в одной шкуре.