— Умер? — вздрогнув, спросил молодой археолог.

— Нет никакого сомнения: апоплексический удар… Да это и к лучшему, — что оставалось ему в жизни, когда все надежды его были разбиты?

— Бедный Гуша-Нишин! — грустно заметил Мориц.

— Скажите лучше, бедная Леила! — возразил доктор. — Ее одиночество гораздо более достойно сожаления.

— Она не останется одна, — с живостью возразил Мориц, — Катрин считает ее своей сестрой.

— Ага!.. Ну, в таком случае, очень рад за нее!.. Но что же вы думаете теперь делать? Решили вы что-нибудь?

— Пока ничего еще…

— Тогда я предлагаю вам вот что: останемся здесь, пока Леила исполнит последний долг по отношению к своему деду, а затем отвезем ее в Тегеран. Моя жена будет в восторге от этой милой девушки, о вас же с Катрин нечего и говорить, — вы всегда будете желанными гостями в моем доме. Что касается раскопок, то, я полагаю, вы достаточно уже сделали открытий…

— Признаюсь, я сам думаю с ними немного приостановиться и ввиду этого с благодарностью принимаю ваше гостеприимное приглашение.

— А я со своей стороны предложил бы маленькое изменение в плане доктора, — вмешался Гюйон, — а именно, пусть Мориц едет ко мне.

— Охотно уступаю его вам, — отозвался, улыбаясь, доктор. — С моей стороны было бы слишком эгоистично завладеть ими всеми…

Две недели спустя тело мага было с торжеством похоронено в Башне молчания, а Леила со своими друзьями отправилась в Тегеран. Вскоре доктор представил своей жене обеих молодых девушек, которым госпожа Арди оказала самый сердечный прием, а Луи

Гюйон поместил у себя Морица, Гассана и верного Гаргариди.

Каждый день молодежь проводит у доктора долгие часы, к величайшему удовольствию гостеприимной хозяйки. Госпожа Арди уверяет, что ни за что не отпустит от себя Леилу и Катрин, но лукавый доктор пророчит, что скоро у нее отнимут их обеих: он полагает, и не без основания, что скоро придется праздновать двойную свадьбу, и сестра Морица превратится в мадам Гюйон, а Леила будет носить девичью фамилию своей подруги.