Дракон находился в центре толпы. Простая одежда, которую он носил для удобства и для того, чтобы она не стесняла движений в бою, ничего не говорила о его положении, однако невозможно было ошибиться, что он здесь господин. Среди людей, которые изначально воспитывались как воины, он выделялся своим атлетическим телосложением. Но более всего – манерами. Его лицо было непроницаемо, когда он слушал краснолицего купца, потеющего в своем бархате.

– Украшен драгоценными камнями, господин! Кубок, достойный благороднейшего короля! Украшение всего моего груза! Как я смогу возместить такую потерю? И что я скажу своим вкладчикам, которые доверились мне и надеются, что я привезу им причитающуюся прибыль?

Ярл Лансенда не сразу ответил, он лишь посмотрел на купца с высоты своего немалого роста с такой выразительностью, что тот, начав свою речь столь горячо, вдруг замолк.

Лишь тогда Дракон заговорил – спокойно, как бы призывая успокоиться:

– Пойдемте со мной.

Повернувшись, он пошел в сторону крепости, совершенно не интересуясь, пошел ли кто-то за ним или нет.

Разумеется, пошли все, в том числе и Рикка, которой было весьма интересно узнать, каким образом ее муж уладит дело. При всей напыщенности купца кража была-таки серьезной. Существовала также опасность, что среди купцов распространится слух о том, что в Лансенде небезопасно бросать якорь. Рикка не сомневалась, что Дракон решительно пресечет возможность появления подобных разговоров. Однако каким образом – это оставалось для нее загадкой.

Вместе со всей толпой Рикка проследовала к большому зданию. Она увидела неряшливо одетого парнишку, с которым обошлись весьма сурово. На его щеке красовался свежий синяк, руки были связаны за спиной. Парень был явно перепуган, что казалось совсем неудивительным в его положении. Однако Рикка заметила, как вызывающе он вскинул голову, стараясь выпрямиться, несмотря на подзатыльники со стороны тех, кто его сопровождал.

Войдя в зал, Рикка проскользнула за высокую деревянную колонну, поддерживающую крышу. Ей не хотелось привлекать к себе внимание, тем более что она не была уверена, захочет ли муж видеть ее здесь. Однако она была полна решимости все увидеть и услышать.

Дракон сел в кресло с высокой спинкой, в котором обедал. Для этого случая кресло вынесли из-за стола и поставили на виду у всех. Купец отыскал свободное место поблизости. Он гневно посмотрел на парнишку, которого ввели и поставили перед судьей.

У Рикки сжалось сердце, когда она увидела, как напуган ребенок. Однако она понимала, что испуг может свидетельствовать о его вине. Дракон устремил на парнишку испепеляющий взгляд. Такой взгляд не всякий мужчина способен выдержать, но мальчишка продолжал стоять с поднятой головой. И что еще более примечательно, смотреть в глаза могучему военачальнику, который решит, жить ему или умереть.

– Как тебя зовут? – спросил, наконец, Дракон.

– Олаф, господин. – Голос его слегка дрожал, но говорил он отчетливо.

– Из какой семьи?

– Из семьи Рапарсон из Хидеби.

Дракон медленно кивнул. Парень из крупного торгового центра в Ютландии, стало быть, датчанин, из уважаемого дома. Осторожность необходима, когда судишь любого человека, но здесь нужно быть вдвойне осторожным.

– Как ты оказался на корабле капитана Тригива? Купец хотел, было ответить, но ярл жестом велел ему молчать.

– До вас дойдет очередь, капитан Тригив. Сейчас его очередь говорить.

Однако парнишка колебался. Лицо его вспыхнуло. С явной неохотой он сказал:

– Мне нужно было на некоторое время уехать из Хидеби. Капитан Тригив согласился провезти меня в обмен на мою работу.

– Понятно… А ты считаешь разумным убегать из дома?

Олаф стал жевать нижнюю губу. Купца, казалось, распирало от желания высказаться. Однако суровый взгляд викинга удержал его.

Наконец парнишка сказал:

– Я был недоволен своим отцом, и он сказал, чтобы я убирался с его глаз.

– Суровые слова, – заметил Дракон. – И чем ты их заслужил?

– Я не пожелал жениться на женщине, которую он выбрал мне.

Совсем недавно Дракон сам соприкоснулся с подобной проблемой и поэтому слегка удивился, однако тут же постарался скрыть свое удивление.

– Благочестивый сын повинуется отцу.

– Я вполне благочестивый! – воскликнул Олаф. – Но есть же пределы! Должны быть! – Он огляделся по сторонам, как бы ища поддержки у толпы. Однако увидел лишь серьезные, напряженные лица и в отчаянии выпалил: – Леди на двадцать лет старше меня, трижды овдовела, но она очень богата. Так можно меня судить за то, что я хочу иметь жену, которая принесет к моему очагу не только деньги?

– И к твоей постели! – выкрикнул кто-то из толпы, и все засмеялись. Олаф вздрогнул и выдавил неуверенную, вымученную улыбку.

– Довольно! – сказал Дракон. – Мы здесь собрались не для того, чтобы заниматься твоими брачными проблемами. Мы должны выяснить, действительно ли ты взял пропавший кубок, как утверждает капитан Тригив.

– Я это знаю, господин! – воскликнул купец, не в силах более сдерживать эмоции. Он направил толстый, палец на несчастного Олафа. – Я взял его на борт лишь из жалости, от души сочувствуя ему. Я предоставил ему шанс исправиться, а может, суметь разбогатеть. И чем же он мне отплатил? Он украл самую дорогую вещь, которая стоит целого дракара!