— Клянусь Богом, я убью тебя прямо сейчас!

— Ты этого не сделаешь. — Рот у Кристы высох до такой степени, что ей было больно говорить, но она продолжала: — Не сделаешь, потому что я нужна тебе как заложница.

— Мне нужно тебя убить!

— Может, и так, но не теперь. Ты знаешь, что Хоук гонится за тобой.

Юделл долго смотрел на женщину и наконец сказал:

— Хоук далеко отсюда и направился не по той дороге. Пока он поймет это, я буду в Мерсии, а ты мертва.

— Ты не убьешь меня именно потому, что достигнешь Мерсии. Ты не такой дурак. Ты отлично знаешь, что никакая граница не остановит Хоука.

Юделл рассмеялся, но смех его был неестественным. Он стоял и смотрел на Кристу глазами, полными такой жгучей ненависти, что она с трудом удержала дрожь.

— Что ж, пускай Хоук явится. — Юделл передернул плечами. — На своей земле, в своей крепости я легко справлюсь с ним. Когда он умрет, вся Мерсия станет моей. Я захвачу Уэссекс и завладею троном.

Значит, вот что он замыслил! Впрочем Криста подозревала, что вскоре ее похититель начнет вспоминать битвы Хоука, армии, им уничтоженные, мощные крепости, павшие перед его натиском. И тогда им овладеет страх и действия его станут непредсказуемыми. Свою безумную уверенность он сохранит еще на какое-то время.

— Стало быть, чем скорее ты достигнешь Мерсии, тем лучше для тебя. Зачем же мне оставаться связанной? Ты веришь, что я могу сбежать от тебя и дюжины вооруженных мужчин? — Юделл не ответил и продолжал смотреть на нее, а Криста продолжала: — Двойной вес, твой и мой, замедлит движение лошади. Позволь мне ехать верхом.

Юделл по-прежнему молчал, и Криста решила, что он откажет ей. Однако скорость передвижения была для него важнее всего. Доводы женщины вполне логичны. В самом деле, не убежит же она от целого отряда вооруженных людей.

Юделл отдал приказ. Ее путы разрезали. Криста подавила стон облегчения, стараясь побыстрее растереть руки и ноги, чтобы восстановить кровообращение. Когда Юделл отвернулся, прилаживая на своего коня седельные сумки, она сказала:

— Разреши мне отлучиться по нужде.

— Какого дьявола мне разрешать тебе это?

— Хотя бы ради того, что ты меня не боишься. Ты не задумывался над тем, почему на тебя напала стая воронов.

Ты и не подумал, что история, рассказанная моим сводным братом, может быть правдивой. И разумеется, ты не был удивлен тем, что первый воитель Англии готов пройти через ад, чтобы завладеть мной. Ведь я всего-навсего обыкновенная женщина.

Даже при слабом свете Криста увидела, как Юделл побледнел. Он быстро оглянулся — не слышал ли ее слов кто-то из людей. Убедившись, что нет, Юделл прошипел:

— Делай, что тебе надо, да поскорей! И не вздумай колдовать против меня, не то, клянусь Богом, ты сгоришь на костре как ведьма.

Криста поспешила отойти. Она была не настолько глупа, чтобы попытаться убежать, не имея ни малейшей надежды на успех, хотя соблазн был велик. Она решительно взобралась на лошадь. Поводья были отпущены, и к ним привязана длинная веревка, конец которой держал Юделл. Криста вцепилась в луку седла, и лошади сразу взяли в галоп.

Они ехали много часов без остановки. Ко второй половине дня Криста дошла до отчаяния. Должны же они где-то сделать привал, иначе загонят лошадей. Но как только они остановятся, ее снова свяжут. От мысли, что ей, совершенно беспомощной, придется остаться в темноте в компании негодяя, полного ненависти и жажды мести, у Кристы холодела кровь.

Она лихорадочно искала хоть луч надежды, как вдруг, повернув голову, заметила сквозь густую листву серебристый блеск быстро бегущей воды. За время долгого пути она не раз издали видела реку — дорога шла вдоль берега. Но теперь вода была совсем близко и дорога вроде бы поворачивала к ней.

Через несколько минут ее предположения подтвердились: им предстояло проехать по низко нависшему над водой мосту, соединявшему два берега реки. Когда они подъехали к переправе, Криста увидела, что вода в реке очень бурная. Волны бились о прибрежные камни, поднимая тучи брызг, образующих над рекой радугу. При других обстоятельствах Криста залюбовалась бы этой поразительно красивой картиной, но сейчас она думала лишь о том, что день уходит, а вместе с ним уходит и надежда.

Юделл первым спустился к мосту. Подковы лошадей застучали по деревянному настилу, но вдруг Юделл внезапно остановился. Длинная жердь, закрепленная на козлах, опустилась поперек въезда и преградила путь.

— Это еще что такое? — возмутился, чертыхнувшись, Юделл.

Едва прозвучали эти слова, как откуда-то из-под моста вынырнул низкорослый, но крепко сложенный человек с длинными черными волосами, переходящими в большую бороду, которая занимала чуть ли не половину широкой груди. Вид у него был чрезвычайно важный.

— Платите пошлину за переезд, — объявил он низким, рокочущим голосом.

— Пошлину? — Юделл уставился на коротышку в полном изумлении. — Какую пошлину? На этом мосту никогда не брали пошлину.