— Ты знаешь, что я люблю тебя? — крикнул он ей вслед.

— Знаю, — ответила она. — Я тоже люблю тебя.

Шарки улыбнулся. Как все просто.

Одно из колес тележки было сломано, и она все время сворачивала не туда, куда надо было Доновану. Прошло немало времени с тех пор, как он приступил к закупке продуктов на неделю. В Анквилле это каждый день делал повар-пуэрториканец, а в Лондоне такая обязанность лежала на Вики. Ему не требовалось ничего особенного из еды, но черный кофе Донована уже достал, да и к приезду Робби не мешало бы затариться. Холодильник практически пуст, а у оставшихся замороженных полуфабрикатов истек срок годности, если бы никогда не подходивший к плите Донован вдруг вознамерился пустить их в дело.

Он просмотрел полки в поисках чая в пакетиках, однако нашел лишь кофе. Сотня сортов кофе и ни грамма чая. Донован взглянул на содержимое своей тележки. Пакет яблок, два рулона туалетной бумаги «Андрекс» и нарезанный батон. Донован почесал ухо, пытаясь вспомнить, что было в холодильнике или, скорее, чего там не было. Ему нужно молоко. И кока-кола. И пиво. Еще апельсиновый сок. Робби пьет апельсиновый сок? Он пытался припомнить, когда они в последний раз завтракали. Похоже, в Анквилле, а там на столе всегда стоял большой кувшин свежевыжатого сока. Наконец Донован добрался до секции чая и положил в тележку две коробки чая в пакетиках. Огляделся в поисках молока. Где оно, черт возьми? Разве не разумно поставить молоко рядом с кофе и чаем?

Утренняя овсянка. Ему нужна каша. Донован осмотрелся: по всем признакам он находился в отделе чая, кофе и безалкогольных напитков. Он дошел до конца секции и увидел ряд витрин с замороженными продуктами. Нашел пакеты с рыбным филе, мясом, супы быстрого приготовления и бросил все это в тележку. Потом набрел на полки с алкоголем, взял две бутылки «Джека Дэниелса» и две упаковки светлого пива. Улыбнулся. По крайней мере основное куплено.

Наконец Донован нашел молочный отдел и взял два больших контейнера с молоком. Он провел в супермаркете еще двадцать минут, раздумывая, все ли взял, и пообещал себе в следующий раз составить список.

По дороге домой Донован остановился у телефона-автомата и позвонил Ундервуду.

— Дико, перезвони мне, ладно?

Он назвал номер будки, потом положил трубку. Ундервуд перезвонил через пятнадцать минут.

— Что на этот раз? — спросил детектив.

— У меня все отлично, спасибо, Дико. А ты как?

— Твоими молитвами.

— Мне надо проверить кое-кого. Есть ручка?

— Твою мать, Ден! Нельзя пользоваться компьютером национальной полиции как собственным банком данных.

— Что за вожжа тебе попала под хвост?

— Может остаться след.

— Я просто хочу узнать, кто он, Дико. Он не кажется подозрительным, но я хочу быть уверен.

— Хорошо, только не делай это своей привычкой. Такие вещи загоняют людей в ловушку. Сержант из «Слона и замка» [8] попался на прошлой неделе, когда проверял информацию для какого-то журналиста. Лишился работы и пенсии ради полусотни фунтов.

Донован собрался было напомнить Ундервуду, что платит ему намного больше, чем пятьдесят фунтов, но не стал спорить. Он назвал детективу имя Фуллертона, номер его «порше» и пообещал позвонить на следующий день.

Хэтуэй в третий раз прочитал рапорт Кристины Лей. Говоря честно, он сначала сомневался, что ее работа стриптизершей даст результат. Тем не менее она не только встретилась с Донованом, но и завязала с ним личные отношения. Если Кристина правильно поведет себя, то сможет сблизиться с ним, сломать его оборону. Все, что ей нужно делать, — не спешить.

Хэтуэй отправил ей поздравления и предостерег от необдуманных поступков, которые могут спугнуть Танго Один. Донован всегда был охотником, ему нравилось добиваться женщин; ей придется подыгрывать.

Отправив письмо Кристине, Хэтуэй заметил, что пришло еще одно сообщение, кликнул по иконке-конверту и открыл почту от Фуллертона. Он просмотрел рапорт Джеми. Настроение здорово поднялось: его план осуществляется. Наконец все собрано воедино. Не только Кристина познакомилась с Донованом, но и Фуллертон завязал с ним дружбу. Достаточно близкую, чтобы навредить.

На столе рядом с компьютером лежали черно-белые фотографии, сделанные у стрип-клуба. Фуллертон в письме указывал, куда собирается отвезти Донована, поэтому «наружка» была на месте задолго до того, как там появился «поршe». Здесь же валялись фотографии, запечатлевшие приезд фуллертона и Донована и его отъезд в голубом «эм-джи-би». Донована от клуба должны были вести две машины, однако они упустили спортивный автомобиль у светофора. Впрочем, не важно. В своем рапорте Кристина в деталях описывала, что произошло тем вечером.

Теперь у Хэтуэя была вся цепь: Донован, Карлос Родригес и Рики Джордан — главный распространитель сильных наркотиков в Шотландии. Плюс намеки на то, что они перевозят наркотики в «фольксвагенах-жуках». Правда, Фуллертон слышал только обрывки разговора, отдельные фразы.

Пошарив по Интернету, Хэтуэй через несколько минут выяснил: единственным местом, где все еще производили эти автомобили, была Мексика. А Карлос Родригес большинство наркотиков провозил через Мексику. Хэтуэй улыбнулся. «Жуки» нашпигованы героином и кокаином.