Вот только…

Я представил, какое веселье начнется в Дневном Дозоре. Как будет ухмыляться Завулон. С каким неподдельным интересом станут Темные интересоваться семейными делами Гесера, передавать привет его сыночку-человеку.

Конечно, за прожитые Гесером годы любой отрастит дубленую шкуру. Научится сносить насмешки.

Но не хотел бы я сейчас оказаться на его месте!

И ведь наши ребята тоже от иронии не удержатся. Нет, попрекать Гесера промашкой никто не станет. И злословить за спиной – тоже.

Однако ухмылки будут. И недоуменные покачивания головой. И шепотки – «стареет, все-таки, Великий, стареет…»

Не было во мне ныне никакого щенячьего преклонения и восторга от Гесера. Очень во многом наши взгляды расходились. Кое-что я ему до сих пор не мог простить…

Но так сесть в лужу!

– Что же ты, Великий? – сказал я. Сложил все папки в открытый сейф, налил себе еще рюмку коньяка.

Мог ли я помочь Гесеру?

Чем?

Первым добраться до Тимура Борисовича?

И что дальше? Наложить заклятие молчания? Снимут, найдутся мастера.

А если принудить бизнесмена покинуть Россию? Уйти в бега, будто за ним все городские преступные группировки, вместе со всеми правоохранительными органами, гонятся?

Может быть, и уйдет. Спрячется где-нибудь в тундре или в Полинезии.

Так ему и надо. Пусть остаток жизни охотится на тюленей или кокосы с пальм отбивает! Захотелось, значит, стать владычицей морскою…

Я снял трубку телефона, набрал наш офисный коммутатор. Ввел добавочные цифры – и переключился на вычислительную лабораторию.

– Да? – спросила трубка голосом Толика.

– Толик, пробей мне одного человечка. Быстро.

– Имя говори – пробью, – без удивления ответил Толик.

Я перечислил все, что мне стало известно о Тимуре Борисовиче.

– Ха. Так что тебе надобно сверх этого? – удивился Толик. – На каком боку спит, или когда последний раз у стоматолога был?

– Где он сейчас, – хмуро сказал я.

Толик хмыкнул, но я слышал на другом конце провода бодрый перестук клавиш.

– Мобильник же у него есть, – на всякий случай сказал я.

– Не учи ученого. У него даже два мобильника… оба находятся… находятся… Так, сейчас, карту наложу…

Я ждал.

– Жилой комплекс «Ассоль». А точнее тебе даже ЦРУ не скажет, точности позиционирования не хватает.

– С меня бутылка, – сказал я и повесил трубку. Вскочил. Впрочем… чего я суечусь? Сидя перед монитором служб наблюдения?

Искать пришлось недолго.

Тимур Борисович как раз входил в лифт – за ним следовала парочка с каменными физиономиями. Два охранника. Или охранник и шофер – по совместительству второй охранник.

Я погасил монитор и вскочил. Выбежал в коридор как раз вовремя, чтобы наткнуться на начальника охраны.

– Удачно? – просиял тот.

– Ага, – кивнул я на бегу.

– Помощь-то нужна? – встревожено крикнул начальник мне вслед.

Я только помотал головой.

Глава 6

На двадцатый этаж лифт, казалось, пол невыносимо медленно. По пути я успел придумать и отбросить несколько планов. Охрана – вот что все усложняло.

Придется импровизировать. А если потребуется – то и немножечко демаскироваться.

Я долго звонил в дверь, глядя в электронный зрачок глазка. Наконец что-то щелкнуло и из скрытого в стене коммутатора меня спросили:

– Да?

– Вы меня заливаете! – выпалил я, изображая максимальное волнение. – У меня все фрески на потолке потекли! В роялях уже по два ведра воды!

Откуда выскочили эти фрески и рояли?

– В каких роялях? – подозрительно спросил голос.

Да откуда мне знать, какие эти рояли бывают? Черные и дорогие. Или белые и еще дороже…

– В венских! С гнутыми ножками! – ляпнул я.

– А не в тех, что в кустах стоят? – с откровенной иронией спросили меня.

Я посмотрел себе под ноги. Вот ведь проклятое многопозиционное освещение… тут даже теней толком не было!

Вытянув руку к двери я ухитрился заметить слабую тень на розоватом дереве, которым была обшита броневая сталь.

И потянул тень на себя.

Рука ухнула в Сумрак, а вслед за рукой – и я сам.

Мир преобразился. Выцвел, посерел. Повисла глухая тишина, лишь едва слышно звенела электронная начинка в глазке и коммутаторе.