Толпа, двигающаяся по дороге, не слишком напоминала сборища, которые Тэлии доводилось видеть до сих пор. Во-первых, она была шумной. Крепковеры ни при каких обстоятельствах не повышали голоса; даже на Ярмарке Урожая, в самый разгар жаркого торга, шум голосов редко поднимался выше жужжания. Во-вторых, по лицам всех этих людей можно было легко прочесть их переживания, их характер, в то время как лица крепковеров были всегда замкнуты, бесстрастны и не выражали ничего, что могло бы выдать их истинные чувства.

Путешественники по большей части не обращали на Тэлию особого внимания. Ролан уверенно и ловко лавировал между людей и повозок, обгоняя большинство попутчиков, хотя здесь, похоже, мало кто торопился. Тэлия так увлеклась разглядыванием встречных, что совсем забыла про приближающийся город.

Но вот они одолели подъем, и она увидела…

Он был так огромен, что у Тэлии похолодело внутри. Хорошо, что в их путешествии главным оказался Ролан, иначе Тэлия развернула бы Спутника и бросилась домой, в Усадьбу.

Отсюда, с холма, на который они поднялись, открывался город, распластавшийся в долине реки. Видно было, что когда-то он весь умещался внутри крепостной стены и, наверно, походил на поселок крепковеров, только очень большой. Позже, когда он набрался сил, ему позволили разлиться, как воде за пределы фонтана. И он выплеснулся ручьями вдоль дорог.

Городские стены, образуя двойное кольцо, так стиснули дома, что Тэлия ничего не разглядела, кроме крыш. Внутренняя стена окружала несколько больших зданий и обширное зеленое пространство, обрамленное деревьями.

Снаружи от внешней стены все было по-другому: виднелись и крохотные лачуги, и огромные постройки без окон, способные вместить всю Твердыню. Эта часть города растекалась из-под внешней стены и тянулась длинными рукавами вдоль дорог и к берегам реки. Но Тэлия все вглядывалась в тот покрытый зеленью участок, посреди которого возвышалась над городом величественное каменное здание

Это… это наверняка Дворец и Коллегия… — но прежде чем Тэлия убедилась в этом, Ролан все так же плавно и стремительно миновал место, откуда открывался чудесный вид на столицу.

Когда они въехали в первую городскую улочку, на Тэлию обрушился грохот предместья. Разносчики, сновавшие тут и там, расхваливая товар, перекрикивали оравших во все горло у дверей лавок приказчиков. Верещали дети, играющие прямо под копытами лошадей, ослов и волов, запрудивших улицу. Соседи пронзительно перекрикивались, обмениваясь новостями; от трактиров неслись громкие песни и ругань. У Тэлии закружилась голова, зазвенело в ушах, ей становилось страшно

А тут еще и запахи! Пахло жареным мясом, теплым хлебом, дымом, навозом, приправами, человеческим и скотьим потом, горячим железом, пролитым пивом, — вся эта смесь ударила в ее привыкший к простым сельским запахам нос, как городской шум — в уши.

Тэлия и Ролан приблизились к внешним городским воротам; тут стояли стражники, но они не остановили Тэлию, лишь оглядели с непонятным любопытством. Стена, которую они охраняли, пугала своими размерами: Тэлии она показалась выше крыши Храма. Пораженная этим, Тэлия почувствовала себя маленькой и ничтожной и совсем пала духом.

К тому же внутри стен гомон и галдеж казались еще сильнее. Многоэтажные дома здесь стояли так тесно, что соприкасались крышами.

Тэлии показалось, что все вокруг плывет в вихре звука, цвета и запаха. Она прижалась к спине Ролана, не замечая сочувственных взглядов прохожих; на усталом, побледневшем лице блестели испуганные глаза.

Хорошо еще, что Ролан уверенно выбирал путь, — Тэлия так растерялась, что не решилась бы спросить дорогу даже у ребенка.

Казалось, прошла целая вечность, когда Ролан, наконец, остановился пред второй, внутренней стеной. Ворота, настолько узкие, что сквозь них мог проехать только один всадник, были закрыты.

Стражник у этих ворот отличался более темным, почти черным, нарядом с серебряной каймой; он тоже с любопытством воззрился на Тэлию.

Присмотревшись, он распахнул ворота и вышел навстречу. Ролан подождал, пока он приблизится. Страж ободряюще улыбнулся Тэлии, потом, подойдя поближе, чтобы разглядеть мелкие метки на седле Ролана, радостно вскрикнул.

— Ролан! — восторженно воскликнул он, по-видимому, тут же забыв о Тэлии. — Наконец-то! А мы уж решили, что ты так никого и не найдешь. Даже поспорили, что ты уже перемахнул через границу. С тех пор, как ты отправился на поиски, в Коллегии стоит такая кутерьма…

Наконец он взглянул и на бледную дрожащую Тэлию.

— Твои страхи скоро кончатся, детка, — проговорил он сочувственно, увидев, как она отпрянула от него. — Слезай-ка, я позабочусь, чтобы ты попала куда нужно.

Он почтительно, будто принцессе, помог Тэлии спешиться; не успела она ступить на землю, как другой стражник увел Спутника. У Тэлии защемило в груди: увидятся ли они снова? Жаль, что не уехала на нем куда глаза глядят. Что же теперь будет? И с чего она размечталась, что сможет быть хоть кем-то среди людей, живущих в таком месте?