— Итак, джентльмены, мне известны ваши имена и адреса, — продолжал Тони, обращаясь к игрокам. — Однако арестовывать вас сегодня я не намерен… Тем не менее, вы останетесь здесь, пока сержант у дверей не выпустит вас. Надеюсь, сегодняшний урок пойдет вам впрок.

Несколько минут спустя автомобиль подкатил к особняку на Беркли-сквер.

Лакей в ливрее не сопротивлялся… Энтони быстро взбежал по лестнице и… остановился как вкопанный…

За зеленым столом сидели Джебюрн и «дама в сером». Она вскочила и широко раскрытыми от ужаса глазами воззрилась на Тони.

Джебюрн не растерялся.

— В чем дело? — спокойно спросил он, подходя к Энтони.

Ответа не последовало.

Тони быстро сгреб деньги с зеленого стола и подошел к оцепеневшей Сибилле Мартин.

— Мне нужно поговорить с вами, — сказал он негромко.

Она покорно последовала за ним в коридор.

— Что вы здесь делаете, миссис Мартин? — спросил Тони.

— Я… Я… новая хозяйка дома… — прошептала растерянно «дама в сером».

— Новая хозяйка дома? — удивленно повторил Тони. — Что вы этим хотите сказать?

— Я… задолжала мистеру Джебюрну, — избегая глядеть на Тони, прошептала она. — В его руках оказались мои векселя на три тысячи фунтов.

— Но… я думал… — начал Тони.

— Вы думали, я богата? — горько усмехнулась «дама в сером». — Но бедный Джим оставил мне очень мало, и я… давно истратила все эти деньги.

— Истратили здесь, — уточнил он, указывая глазами на дверь.

Она грустно кивнула.

— Пожалуй, я помогу вам, миссис Мартин. В память о моем погибшем друге, — холодно бросил Тони и быстро вернулся в игровую комнату.

Джебюрн был вне себя от гнева. Он потрясал кулаками и грозил всевозможными карами «этим разбойникам и ворам».

— Где векселя миссис Мартин? — прервал Тони поток нецензурной брани.

— А вам что за дело?.. — прохрипел разъяренный Джебюрн.

— Слушайте меня внимательно, Джебюрн. — негромко начал Тони. — Если вы тотчас же отдадите мне эти векселя, я не буду поднимать шума и выведу своих людей из этого дома… Если же вы будете продолжать скандалить, то вам придется тотчас вернуться в свое отечество.

Джебюрн размышлял не более секунды.

— Я согласен отдать вам векселя, — ответил он. — Но как же быть с деньгами… которые вы взяли?

— О, не беспокойтесь… Деньги пойдут на доброе дело — в фонд бывших защитников отечества! — усмехнулся Тони.

— Дружище, ты, кажется, раздал всю добычу, какую удалось загрести в тот памятный вечер? — осведомился Билл за утренним кофе.

Его патрон загадочно улыбнулся и вынул из жилетного кармана газетную вырезку.

— Билл, пока есть «наши бараны», ты без работы не останешься! Кстати, я нашел новое и весьма выгодное помещение капитала… Суммы, оставшейся у нас, вполне достаточно, чтобы заняться этим делом.

Билл с любопытством взглянул на газетную вырезку из почитаемой Тони «Дейли мейл»:

«Ищу компаньона с капиталом в тысячу фунтов. Дело без всякого риска. Выгода огромная. Обращаться письменно в газету для номера девятьсот сорок три».

— Джентльмена, поместившего объявление, зовут Герроу, — пояснил Тони, пуская дым колечками. — Он букмекер…

— Не вижу никакой выгоды от этого предприятия, — возразил Билл. — Еще вопрос — есть ли у него клиентура?..

— Если и нет, то скоро будет… — вслух размышлял Тони. — Во всяком случае, один клиент обеспечен — это его отец. Отец этого Герроу — большая шишка на бирже… Это нисколько не мешает ему быть мошенником. Я уже навел справки: отец и сын — одного поля ягоды…

На следующий день состоялась первая встреча будущих компаньонов.

Мистер Сильвестр Герроу снимал квартиру в третьем этаже одного из доходных домов вблизи Пикадилли.

В первой комнате с выцветшими обоями — типичной конторе — помещалось два письменных стола, несколько стульев, пишущая машинка и телефон. Вторая комната была обставлена как будуар. По-видимому, мистер Герроу любил старинную мебель, гравюры и понимал толк в коврах.

Хозяин конторы оказался франтоватым молодым человеком с гладко зачесанными волосами. Он приветливо поздоровался с Тони и протянул ему холеную белую руку с отполированными ногтями.

В комнате стоял аромат из смеси каких-то восточных духов и дорогих сигарет.