— Все в норме, — ответил Алексей.

— А как Шура? — продолжала допрос Надя.

— Как всегда. Немного скучает без внука.

Я сутками на работе торчу. А так тоже в норме. Что у вас?

— У нас все замечательно, — повеселела Надя. — В Москву не думаешь приехать?

Ростоцкий пока в Москву не собирался. Они еще немного поговорили, и Надя положила трубку. Несколько минут посидев в кресле, она решила повторить попытку с кофейником, но зазвонил телефон.

— Это Надя Ерожина? — спросил незнакомый женский голос.

— Я вас слушаю, — ответила Надя.

— Я Нателла Проскурина.

— Очень приятно, Нателла. Я вас не узнала. Разбогатеете… — приветливо ответила Надя. — Но Петра дома нет. Он весь в делах.

— Я не Петру, а вам звоню. Хочу попросить о встрече, — сказала Нателла.

— Буду рада.

После звонка в Самару у Нади настроение поднялось, и она отвечала актрисе искренне.

Проскурина с удовольствием откликнулась на приглашение и выспросила, как найти их башню в Чертаново Почтовый адрес Нателла имела от Анчика, но как добраться — не знала.

Надя надела домашнее платьице, убрала из прихожей свое белье и одежду и только сейчас заметила палку Ерожина. «Забыл, значит, поправляется». — Улыбнувшись находке, молодая хозяйка пошла на кухню и быстро уничтожила следы кофейной аварии. Когда Нателла позвонила в дверь, стол там был сервирован для завтрака на двоих и горячий кофе в полной сохранности дожидался на плите.

— Давайте закусим. Я вас ждала, есть уже хочется до чертиков, — призналась Надя, впуская актрису в квартиру.

Нателла повесила свою синтетическую чернобурку на вешалку и нерешительно пошла за хозяйкой.

— Я вообще-то есть не хочу, — пыталась слабо сопротивляться Проскурина, но за стол уселась и, с интересом оглядев кухню Ерожиных, серьезно принялась за кофе с бутербродами.

— Как идет ваш спектакль? — спросила Надя, когда гостья насытилась и закурила.

— Второй аншлаг. Билеты — в драку.

Спрашивают лишний от метро, — не без гордости ответила актриса.

— Петр закончит расследование, и мы обязательно придем, — пообещала Надя. — С билетиком поможете?

— Конечно, помогу. Давай на «ты», если не возражаешь? — предложила Проскурина.

— Не возражаю.

Надя с удовольствием отметила, что ее гостья выглядит совсем не так, как накануне в офисе.

— Слушай, я вот за чем приехала. Ты с Петром Григорьевичем поговори откровенно.

Мне кажется, что никто не верит, будто я с Анваром не спала. Думают, что я разыгрываю из себя недотрогу. Кривляюсь или строю кого.

— Мне кажется, что Петр вам, ой, тебе верит. — Надя забыла, что они договорились на «ты», но сразу исправилась.

— Мне тоже так кажется. Но он сыщик.

Ему нужны факты, факты и их мотивация.

У нас в театре Марк Захарович тоже требует от артистов мотивации. А я сама ничего не понимаю, — призналась Нателла.

— Хороший был человек Анвар. Бывают же на свете хорошие люди, — покачала головой Надя.

— Хорошие — бывают. А таких, как Анвар, больше нет, — упрямо сказала Проскурина. — Я вовсе не шлюха, хоть и не святоша. Нормальная баба. Сотнями своих поклонников не считаю, но за десяток ручаюсь. У тебя-то мужиков до мужа много было?

— Один, — ответила Надя и покраснела.

— Ты чего стесняешься? Вроде замужем, — удивилась актриса. — Ну и что? Тот один хороший был?

— Очень хороший, — серьезно сказала Надя. — Просто я никогда ни с кем об этом не говорю.

— Чего же ты нормального мужика бросила и за другого пошла? — затушив окурок в блюдце, поинтересовалась Нателла.

— Он был очень молодой, как я, и застенчивый. Я с ним только один раз была… В походе. — Надя задумалась. Она раньше ни с кем, даже с сестрами свою личную жизнь не обсуждала. А с артисткой ей говорилось об этом легко.

— Ну и что, что молодой? Тебе же Ерожин не из-за денег нужен? — не поняла Нателла.

— Ой, Петр — это совсем другое. — Надя улыбнулась и, вспомнив вчерашнюю ночь, снова залилась румянцем.

— Представляю, — понимающе произнесла Нателла. — Когда там, в лесу, стрелять начали, твой Петр на меня навалился. Хоть ты ему и жена, а скажу по совести, мне очень подниматься из-под него не хотелось. А я совсем не озабоченная. Есть что-то в твоем мужике.

Вообще вы пара красивая. Как с обложки «Плейбоя» пара.