Прочнее прежней, новое оружье,

Мощнее прежнего, мы создадим,

На пользу нам, противнику — на зло;

Боеспособность нашу укрепив,

Сравняем силы, на худой конец;

Ведь естество у нас и у врагов

Одно и то же. Если ж по иным,

Безвестным основаниям, у них

Над нами перевес, то мы должны,

Пока рассудок нам не изменил,

Открыть причины эти сообща

И наше здравомыслие напрячь!"

Умолк; и первым слово взял Нисрох,

Глава Начал, — он вырвался едва

Из тяжкой битвы; мрачен, изнурён,

В разбитых, непригодных ни к чему

Доспехах, с мрачным видом возразил:

"— Ты нас от новоявленных владык

Избавил, ты свободу нам вернул

Блаженствовать в сознанье наших прав

Божественных; но даже божествам,

Оружием неравным, против сил

Превосходящих, — трудно воевать,

От боли изводясь, когда страданий

Не ощущают недруги ничуть

И не ранимы. Это приведёт

Нас к верной гибели. Какой же прок

От мужества, отваги, силы мышц,

Хотя и несравненных, если боль

Их побеждает, подчинив себе,

И понуждает руки опустить

Могучие? Мы можем обойтись

Без наслаждений, можем просто жить

И не роптать, довольствуясь такой

Спокойной жизнью, — лучшей доли нет!

Но из несчастий — боль превыше всех,

Зло совершённое и, становясь

Чрезмерной, переходит за предел

Долготерпенья всякого; и тот,

Кто средство изобрёл бы уязвлять

Противников, доселе невредимых,

И сделать нечувствительными нас,

Не меньшей бы достоин был хвалы,

Чем тот, кто нам свободу даровал!"

Ответствовал спокойно Сатана:

"— Искомый способ, что послужит нам,

По здравому сужденью твоему,

Для одоленья — мной уже открыт.

Когда мы на опору наших стоп

Эфирную, цветистую глядим,

На безграничный материк Небес,

Весь в самоцветах, в золоте, в цветах

Амврозийных, в деревьях плодоносных,-

Кто созерцал бы эту красоту

Поверхностно и сразу б не смекнул,

Что в недрах зарождается она

Глубинных, из частичек вещества,

Из чёрных, грубых зёрен и семян,

В духообразной пене огневой

Возникших? Но едва небесный луч

Коснётся их, смягчив и оживив,

Они, пробившись вверх, во всей красе

Волшебно расцветают на свету.

Вот эти-то частицы, что огнём

Насыщены подспудным, нам достать

Потребно из глубоких, мрачных недр,

Забить потуже в длинные стволы,

Округлые и полные, поджечь

С отверстия другого, и тогда,

От малой искры, вещество частиц,

Мгновенно вспыхнув и загрохотав,

Расширится и, развивая мощь

Огромную, метнёт издалека

Снаряды, полные такого зла,

Что, все сметая на своём пути,

Повергнут недругов и разорвут

На клочья. Померещится врагам

Испуганным, что нами грозный гром

Похищен у Того, Кто им владел

Единственно. Недолгим будет труд

И пред рассветом завершён сполна.

Итак, мужайтесь, поборите страх.

Способен все препоны одолеть

Союз ума и силы. Нет причин,

Соратники, в отчаянье впадать!"

Он смолк. Приободрила эта речь

Отвагу ослабелую и вновь

Надежды угасавшие зажгла.

Дивился каждый помыслу Вождя,

Равно тому, что не придумал сам

Подобный способ; многим бы казался

Он прежде невозможным, но теперь

Сочтён разумным. Может быть, Адам,

Из твоего потомства, кто-нибудь,

Когда в грядущем злоба возрастёт,

По наущенью Дьявола создаст

Такое же орудье, на беду

И муку человеческим сынам

Греховным, жаждущим кровавых войн

И обоюдного братоубийства.

Покинув сходку, все к труду спешат,

Никто не медлит, рук не сосчитать,

Готовых действовать. В единый миг

Разрыта почва Неба до глубин

Безмерных; там увидели они

Незрелые зачатки правеществ

Природных; пену серную нашли,

Селитряную пену, и, смешав,