— Черви. — Она повернулась к ним спиной и сонно прикрыла глаза. — Тысячи и тысячи червей…

На следующий день, после полудня, когда она открыла глаза, корзина стояла на том же месте возле ее кровати.

— Будете мыться? — Вопрос был задан по-арабски.

Tea взглянула в угол, откуда раздался этот голос. Темноволосая женщина средних лет, одетая в голубое широкое платье из хлопчатобумажной ткани, поднялась с подушек, разбросанных по полу.

— Меня зовут Жасмин. Я буду прислуживать вам, пока вы здесь. — Она неторопливо подошла к ней. — Я принесу вам фруктов, и вы утолите голод. А затем, как приказал лорд Вэр, вы обязательно должны вымыться. Он распорядился, чтобы все в доме раз в день делали это.

Овечьи подштанники, вспомнилось ей ироничное замечание Кадара. Но она сразу забыла об этом, как только Жасмин сдернула с нее легкое покрывало.

— Вставайте. Вам нужна моя помощь? Принести вам еду?

— Нет, — ответила она тоже по-арабски. Она была совершенно не готова к такой встрече. Ей собирались прислуживать! Сама эта мысль показалась ей нелепой. Она очень медленно и осторожно села. Святые небеса! Все ее тело затекло и болело, голова кружилась. — Я сама себя обслуживаю.

Жасмин покачала головой.

— Лорд Вэр велел, чтобы я служила вам. — Она проплыла скользящей походкой через комнату и встала у стола за спинкой стула. — Фрукты, пожалуйста.

По крайней мере, эта женщина не пресмыкается перед ней, подумала Tea и попыталась встать. Ночной отдых, казалось, должен был восстановить ее силы, но сейчас они вовсе покинули ее.

— Если вам нужна моя помощь, скажите, и я помогу вам, — произнесла Жасмин без всякого выражения.

Определенно, в ее манерах не было ничего заискивающего. Без сомнения, она позволила бы ей упасть и самой доползти до стола, с раздражением подумала Tea. Она не ждала и не хотела, чтобы ей прислуживали, но если бы женщина выказала хоть немного сочувствия и доброты. Tea поднялась и покачнулась, чувствуя, как все закружилось перед ее глазами. Жасмин продолжала все так же невозмутимо наблюдать за ней. Головокружение прошло через несколько минут, и девушка неуверенно сделала несколько шагов по комнате. Каждая мышца ее тела мучительно болела, она с трудом переставляла ноги, шаркая ими по полу. Ей показалось, что путь через комнату длится так же бесконечно, как и ее путешествие через пустыню. Добравшись наконец до стула, она опустилась на него со вздохом облегчения.

— Ешьте. — Жасмин подтолкнула к ней оловянное блюдо.

Взглянув на разломанный гранат, апельсины и финики, Tea откинулась на спинку стула.

— Чуть погодя. Я сейчас не голодна.

— Скоро принесут вам воду для мытья. Я уже давно приказала ее нагреть.

Tea встретилась взглядом с Жасмин.

— Тогда им придется ее снова подогреть.

Жасмин некоторое время изучала ее, затем пожала плечами.

— Да придется.

Эта крошечная победа отняла у Tea последние силы.

— Думаю, я все же проголодалась. — Она потянулась за половинкой граната. — Вы рабыня лорда Вэра?

— Я свободная женщина. Здесь нет рабов.

Tea от изумления широко открыла глаза. Рабство так же естественно здесь, на Востоке, как и в Константинополе. К тому же у нее остались в памяти слуги, снующие вокруг, когда они въехали во двор замка.

— Нет?

— Нет. — Жасмин подошла к высокому шкафу и, взяв оттуда гребень, направилась к Tea. — У вас спутаны волосы. Я должна расчесать их перед мытьем.

— Я сама.

— Ешьте. — Приказание она отдала резким тоном, но движения, когда она принялась расчесывать Tea волосы, оказались мягкими и нежными. — У вас очень светлые волосы. Мужчины любят блондинок. И возраст у вас подходящий. Лорд Вэр, наверное, привез вас сюда, чтобы взять в свою постель?

Tea вся сжалась от ужаса и почувствовала, как жар заливает ей щеки.

— Нет! Я никогда не допущу этого.

— Допустите, если он пожелает. — Гребень ласково кружил вокруг ее головы. — Он здесь хозяин. Вам следовало бы гордиться, если он выбрал вас для своей постели. Женщины в этом доме счастливы, когда он посылает за ними. — Жасмин тщательно расчесала колтун волос возле шеи. — Он не всегда нежен, но у него непомерный аппетит на наслаждения.

Он только наполовину животное, сказал о нем Кадар. Какую же из них он демонстрирует им в своей постели? Она даже не подумала об этой опасности. Он был так холоден и зол… Но ей надо обязательно это учитывать. Мужчины всегда охвачены вожделением и считают всех женщин своей добычей. Никто не знает этого лучше, чем она, с горечью подумала девушка.

— Меня не волнует его аппетит. Сразу, как только достаточно окрепну, я покину Дандрагон.

— Тогда хорошо. Он не нуждается в другой женщине, — сказала Жасмин. — Однако мужчины всегда полагают, что самый сочный фрукт — это тот, который они еще не пробовали. Хотя, правду сказать, я не вижу, чем бы вы могли ему приглянуться. Кожа у вас обгорела и совсем не красива. Я положу на лицо мазь, когда вы примете ванну. — Она отступила на шаг. — Я слышу, Омар уже здесь. Вы покончили с фруктами?

— Да, довольно. — Она съела не много, но почувствовала, что сыта. Должно быть, у нее совсем пропал аппетит, пока она скиталась по пустыне. — Я не заставлю вас ждать.

Жасмин не обратила внимания на иронию в ее голосе.

— Это не имеет значения. Я всего лишь служанка. — Она направилась к двери. — Мы все здесь только слуги.

И все они служат лорду Вэру, хозяину этого огромного замка-крепости. Возможно, глупо так расстраиваться от слов Жасмин. Лорд Вэр с большой неохотой привез ее сюда и стремится как можно скорее избавиться от нее. К тому же, по словам Жасмин, у него много прекрасных женщин, готовых ему служить. Да и она сама по какой-то причине недовольна появлением здесь Tea.