Обратив морду к небу, Феллдо пытался поймать ртом дождевые капли. Не выпуская из рук весло, Бром вынырнул повыше и оглядел море:

— Их нигде не видно. Волны слишком высокие!

Прежде чем Феллдо успел ответить, вода под ними забурлила и их с Бромом подбросило высоко в воздух — это огромная рыба догнала тонущую лодку и швыряла ее, как пустой гороховый стручок. Наконец-то она нашла себе развлечение!

Феллдо все еще цеплялся за весло, когда рыба оставила в покое шлюпку и заинтересовалась веслом.

Феллдо увидел, как на него несется огромная, широко раскрытая розовая пасть, усаженная рядами острых белых зубов, отпустил весло и нырнул. Он почувствовал, как его что-то хлопнуло по спине, — это рыба схватила весло и пустилась прочь, резвясь и выпрыгивая из воды порой на полкорпуса. Внезапно она нырнула и исчезла в морской пучине.

Выплывая, Феллдо больно ударился о борт шлюпки, с которой свесился Бром и схватил его за уши:

— Попался, приятель!

Скользя по днищу шлюпки, Феллдо сумел подняться и уселся на киль, за который Бром цеплялся всеми лапами.

— Уф! Чуть было не пошел ко дну. Впрочем, у нас был честный обмен: рыбе — весло, а нам — лодка.

Бром вцепился Феллдо в хвост, встал шатаясь и осмотрел штормовое море.

— На горизонте темное пятнышко — должно быть, земля. Прилив несет нас прямо к ней.

Грумм цеплялся за весло, а Роза держалась за его заднюю лапу. Мартин устало плыл, толкая перед собой весло; от холодной воды его тело совсем онемело.

Роза приподнялась, опершись на плечи Грумма, и радостно завопила:

— Земля!

До нее было еще далеко, но это была, несомненно, земля. На фоне неба темнели очертания скал. Роза ласково погладила мокрую спину крота:

— Земля, Грумм! Впереди земля!

— Я этому ни за что не поверю, пока ее этими вот лапами не копну маленько!

Хорек Хиск заметил Друвпа, поджидавшего кого-то возле длинного дома Бадранга. Незаметно подкравшись сзади, Хиск приставил кинжал к спине ничего не подозревавшего раба:

— Шевельнешься — считай себя покойником!

Друвп застыл на месте.

— Меня зовут Друвп. Если ты меня убьешь, то будешь иметь дело со Скалрагом. Я его шпион.

Теперь кинжал Хиска упирался Друвпу в затылок.

— Врешь ты все. Пожалуй, я тебя все-таки прирежу.

— Как тебе угодно, — пожал плечами Друвп. — Но у меня есть важные сведения.

— О чем же это, к примеру?

Друвп презрительно оттопырил губу:

— К примеру, о трех узниках в темнице. Их там больше нет.

Хиск развернул Друвпа к себе:

— Врешь! Никто не может убежать из подземной темницы!

— Пойди и посмотри сам. Если я вру, убить меня ты всегда успеешь.

Хиск схватил Друвпа за шкирку и приставил нож к его горлу:

— Хорошо, я пойду и посмотрю. Если ты врешь, Скалраг тебя не спасет — прошлой ночью он пропал без вести.

Бадранг стоял на стене, когда к нему бочком подобрался Хиск и прошептал на ухо:

— Троих узников, сидевших в нашей темнице, больше нет.

Бадранг прищурился:

— Что значит «нет»? Они умерли или убиты?

— Нет, они сбежали. Я сам спустился и проверил. Самое странное — там нет никаких следов побега. Решетка заперта, стены ямы целы.

— Как ты узнал, что они исчезли?

— Мне рассказал об этом раб по имени Друвп. Этот Друвп сказал, что шпионит на Скалрага.

Бадранг поиграл острым кинжалом.

— Хм-м, возможно, он окажется нам полезным. Приведи его завтра ко мне в длинный дом. Сделай это так, чтобы никто из рабов об этом не узнал.

С берега донесся крик:

— Бадранг, кореш мой старинный! Подай голосок да скажи, может, хватит с тебя?

— Клогг, голубчик, это ты, что ль? — По тонким губам тирана пробежала улыбка. — Это мне тебя о том спросить надобно. Я сжег твой корабль, продырявил твои шлюпки, и теперь позади у тебя только море, а перед тобой — моя крепость и мои воины.

Капитан Клогг не удержался от смеха:

— Хо-хо-хо! Ну, воинов-то у тебя малость поубавилось. Мои громилы убили немало твоих, а твой старый кореш Скалраг сидит сейчас у меня, связанный, как цыпленочек, которому пора в суп. А еще кое-кто из твоих рабов дал деру. Ты об этом знаешь?

— Давай выкладывай, Трамун. Говори, с чем пожаловал.

— Я желаю предложить моему старому корешу заключить перемирие и вступить в переговоры.

— Ишь как запел! А с чего это мне с тобой переговариваться?