— Кто этот большой белый барсук? Он ничуть не меньше нашего владыки.

Мара развязала мешок с провизией:

— Скоро узнаешь. Сегодня не стану рассказывать, пора спать, надо хорошо отдохнуть перед завтрашним боем. Вот смотри, это еда. Ты наверняка здорово проголодался, сержант.

— Да уж, проголодался — не то слово. Я сейчас готов съесть жаркое из собственных ушей!

Тем не менее прошло еще некоторое время, прежде чем Сапвуд смог отправиться спать. Старая барсучиха Глинушка подробно расспросила его о том, что происходит в Саламандастроне. Потом провела короткое совещание с Марой, Уртом Белым, Лог-а-Логом и Алфохом:

— После разговора с сержантом Сапвудом я полагаю, что гора моего внука Урта Полосатого находится в большой опасности. В нашей помощи остро нуждаются. Лог-а-Лог, когда мы сможем высадиться на берег?

Предводитель землероек пристально смотрел на лунный свет, заливающий его маленькую флотилию:

— Мы плывем по течению, и ветер дует нам в спину. Если так оно и будет, мы достигнем берега, наверное, к рассвету, хотя если добавить гребцов, то мы подойдем на час раньше.

Глинушка не колебалась:

— Так и сделаем, мой друг. А теперь давайте проведем военный совет и разработаем план…

Нижний вход не устоял, и орда Фераго ворвалась в Саламандастрон.

Барт Чертополох и его маленький отряд героически обороняли открытый вход в гору, стреляя из луков, пока все стрелы не вышли и Бычеглаз не послал Морскую Траву и еще десяток зайцев отозвать их. Копья лязгали, пращи не переставали стрелять, покуда зайцы переходили к оборонительным действиям, отступив от входа в лабиринт туннелей.

Лежа в своей кузнице, расположенной на среднем уровне горы, Урт Полосатый был привязан к постели широкими бинтами. Он находился между жизнью и смертью. Головорезы Фераго заполнили нижние коридоры, врывались в пещеры и комнаты, но всюду им давали отпор зайцы, которые были в численном меньшинстве и сражались по-партизански: то и дело они оказывались в самых неожиданных местах, нанося удары по врагу, и из самых укромных уголков в хищников летели стрелы.

Теперь Дозорным Отрядом командовал Бычеглаз. Чтобы удержать врага в нижних коридорах, он призвал на помощь весь свой воинский опыт. Зайцы нападали, внезапно появляясь, и затем, подобно дыму, исчезали в темнеющих туннелях. Бычеглаз руководил обороной из кузни, ибо, даже отдавая приказы, он стремился быть ближе к мечущемуся в горячке барсуку.

— Лунная Лапка, возьми Меховичка и Денежку. Ступайте в южный коридор и приготовьте там для врагов мясорубку. Как только вернутся Сережка и Весельчак, я пришлю вам подкрепление.

Лунная Лапка отдала честь и отправилась на место назначения. Бычеглаз проводил ее взглядом, недовольно покачал головой и обратился к Барту Чертополоху:

— Неважно идут наши дела, старина. Долго нам не продержаться, их слишком много.

Бычеглаз взял давно уже мокрый носовой платок и вытер горячий лоб барсука. Тот лежал без сознания, он боролся со стягивающими его тело бинтами, бормоча в забытьи:

— Зима… золотой медальон… холодно… папа, мама… где вы? Белый снег, белый брат… холодно!

Бледная луна робко бросала свет на медальон Фераго. Горностай сидел на песке рядом с Клитчем. Впервые за долгое время отец и сын пришли к одному и тому же тактическому плану.

Фераго вытащил кинжал и указал на вершину горы:

— Я беру сотню бойцов и иду туда, ты атакуешь изнутри.

Голубые глаза Клитча радостно сверкали в ночи.

— Вот и я хотел предложить то же самое. К завтрашней ночи гора будет нашей!

Фераго приставил кинжал к груди сына:

— На всякий случай запомни — сражайся до победного конца, не останавливайся ради поисков сокровищ. Я сам займусь этим делом, когда мое войско закончит работу.

— Твое войско? — Клитч копьем отбросил кинжал от своей груди.

Убийца ловко вернул кинжал на место.

— Да, мое войско! И так будет до тех пор, пока я жив!

Молодой горностай вскочил и побежал по камням ко входу в пещеру. Но прежде чем скрылся из виду, он успел обернуться и крикнуть на ходу своему отцу:

— Тут мы с тобой опять сходимся, старик. Войско твое… пока ты жив!

За час до рассвета землеройки выпрыгнули из лодок на берег и вытянули их на песок, как раз перед Саламандастроном. Самким и Арула глянули наверх и увидели, что берег пуст. Их лапы крепко сжимали оружие.

— Самким, куда подевались хищники? Сапвуд шел по песку, разглядывая следы:

— Это нетрудно сказать, Арула. Боюсь, мы прибыли слишком поздно.

Глинушка взяла Ясенику и вынесла ее на берег. Затем, прихватив весло, она присоединилась к ним.