Калтер невольно шагнул вперед:

— Значит, протектор уже в Стерлинге?

— Да, конечно, — с готовностью ответил Лаймонд. — Только будь осторожнее — ты задал мне вопрос, а увязнет коготок — так и всей птичке пропасть. Что такого интересного в том, что протектор в Стерлинге? Ах, Ричард! — воскликнул он удивленно. — Неужели вы для вашей безопасности отправили ваших дам в Стерлинг?

Калтер, стараясь не глядеть на брата, машинально проговорил:

— Тебе, наверное, приятно это слышать.

— Ну… подобная ситуация открывает целый ряд интересных возможностей, — сказал Лаймонд. — Интересно, что придумает протектор? Назначит выкуп, потребует свободного доступа в спальни или изобретет что-нибудь поновее? Я знаю множество женщин, которые были бы не прочь от такой судьбы: plus mal que morte [14] . А это приводит меня прямо к сути: changeons propos, c'est trop chonte d'amours [15] . — И он коснулся рукой меча.

Скотт с облегчением понял, что приближается развязка, и затаил дыхание. Тут Лаймонд внезапно сказал:

— Ричард, дитя мое, неужели ты умней, чем я думал?

Не успел он договорить, как неясный шум шагов, шорох вереска и сдавленное дыхание обернулись целой лавиной звуков: это подоспевший отряд Эрскина вошел в лес.

Перед тем как погасли факелы, Скотт увидел, что лорд Калтер, сверкая глазами, выхватил лук и поднял его. Ричард не умел говорить, но гнев придал ему красноречия.

— Ага, бежишь, Лаймонд! Клянусь, я не позволю тебе завладеть моим щитом и занять место в моей постели — и этой ночью ты увидишь, кто глава семьи!

Яростно нахлестывая лошадь и в неразберихе стараясь улизнуть, Скотт услышал и ответ Лаймонда:

— Чудесно, Ричард; ты бросил вызов! Встретимся в Стерлинге на следующем смотре щеголей и тогда посмотрим, кто хозяин!

Он рассмеялся, и этот лихорадочный смех был последним, что запомнил Скотт.

Человек лежал в высокой прибрежной траве; жизнь едва теплилась в нем, и одежда пропиталась влагой. Позади него на четыре мили простирались болота, над которыми в утренних лучах стлалась дымка. Перед ним неторопливо плескались вздувшиеся воды крепостного рва, омывавшего луг и заросли кустарника, за которым и высились стены замка Богхолл.

Солнце поднималось все выше и выше.

В замке, из которого Ричард, лорд Калтер, увидел когда-то дым над горящим домом своей матери, устало переругиваясь, сменилась стража.

— Если еще какая-нибудь карга, — сказал смотритель Хью своему подчиненному, — попросит меня послать гонца в Пинки, чтобы узнать о ее внучатом племяннике Джейкобе, то я шкуру с нее спущу. Этот мордатый старикан Уортон навострился на север, а у нас за все про все десять мужчин и двадцать две женщины: и замок оборонять, да еще и в Биггар наведываться…

Но завтрак и пинта пива улучшили его настроение, и он терпеливо выслушал очередного посетителя, пришедшего докучать вопросами.

— Не переживайте. Ребята скоро вернутся.

Ему напомнили, что некоторые уже успели вернуться; цирюльник со своими ланцетами и мазями уже два раза проделал путь между замком и Биггаром. Хью задумался над этим, вспомнил о своем хозяине, погибшем лорде Флеминге, громко выругался и пулей помчался на дозорную башню, откуда принялся пристально и с надеждой вглядываться в дорогу, ведущую на юг, на которой, однако, не намечалось никаких признаков жизни.

— Ну ладно, пусть-ка сунутся, — сказал он, обращаясь к горам. — Пусть сунутся, а уж мы с Додом Янгом им покажем!

Утро прошло. В полдень телохранитель Симон Богл получил разрешение своей хозяйки отлучиться на час, чтобы поудить рыбу, и выбрался через потайной ход. Смуглый, угловатый подросток, Сим был воспитан в Стерлинге и вот уже три года истово исполнял свои обязанности в замке. В настоящий момент он был целиком поглощен рыбой. Сим продрался через кусты, отвязал лодку и вместе с удочками перебрался на другой берег рва. Потом прошел двадцать ярдов, споткнулся, прошел еще пару ярдов и вернулся назад посмотреть, что там лежит на дороге.