Скотт не спешил взять кружку, немного испугавшись.

— Боже… Держать такое пари… рисковать стольким.

— Ты не хочешь?

— Хочу, но… Я бы предпочел настоящее состязание.

— Так ты не будешь?

— Буду!

— Давай же, это твой единственный шанс. Для того чтобы повести за собой банду пьянчуг и головорезов, надо уметь выпить больше любого из них и резать головы без зазрения совести. Не будь таким щепетильным, — добавил Лаймонд презрительно. — Я не настолько пьян, чтобы не соображать, что делаю, и не нарушу наш договор. Я имею привычку обдумывать все мои поступки, за исключением, пожалуй, того случая, когда мне взбрела в голову неудачная мысль взять к себе в шайку одного рыжего проповедника из самой тупоголовой семейки в Шотландии.

— Если я выиграю, я могу поступить с леди Леннокс и леди Калтер как захочу?

— Можешь устроить из них гарем. Согласен?

— Согласен, — ответил Уилл Скотт и поднес ко рту первую кружку с элем.

На востоке разгоралась заря. Пропел первый утренний дрозд.

В башне за толстыми стенами было по-прежнему темно. Люди вперемежку с животными спали на полу в нижней зале, как когда-то их пращуры. Наверху скрипнула дверь.

Мэтью, лежавший навзничь на соломенном тюфяке, сложив на животе руки, вовсю храпел. Рыгнув, он тяжело перевалился на другой бок и захрапел снова. Но повернулся он лицом к лестнице.

Тишина. Затем в отдалении та же самая дверь закрылась, и через какое-то время раздался шум шагов: кто-то неуверенно, потихоньку спускался по лестнице. Шаги приближались. Мэтью не двигался, лежал и похрапывал, пока темная фигура не появилась в дверном проеме, — человек сделал два шага вперед и остановился, привалившись к стене, тщетно пытаясь обрести равновесие. Слабый утренний свет пробился через окно и высветил на фоне штукатурки руку, рукав шелковой сорочки и бледное искаженное лицо.

Полуоткрыв глаза, Мэтью хрюкнул в свою ассирийскую бородку: «Ну и ну. Нажрался как свинья… « Он вскочил и последовал за Лаймондом, который развернулся и, шатаясь из стороны в сторону, медленно побрел к выходу.

Мэтью подошел к нему, когда Лаймонд вытаскивал голову из бочки с холодной водой: с волос его стекала вода, а кожа покрылась пупырышками от холода. Лаймонд не удивился, Увидев Мэта, вытер голову полотенцем, которое тот ему протянул, и приглушенным голосом спросил:

— Ответ Леннокса прибыл?

— Полчаса назад.

Лаймонд опустил полотенце, и Мэт посмотрел ему прямо в глаза.

— Они согласны обменять леди Леннокс на леди Калтер, назначили время и место. Встреча состоится завтра. Безопасность конвоя обеспечена.

— Хорошо. — Лаймонд уронил полотенце и прислонился к бочке с холодной водой. — Ты знаешь, что делать.

Хотя хозяин и не счел нужным рассказать об этом Скотту, Мэтью получил подробнейшие указания насчет Мариотты. Продолжая задумчиво разглядывать Лаймонда, он подтвердил:

— Знаю. — И, подобрав полотенце, ждал, что будет дальше.

Лаймонд доковылял до лестницы, рухнул на нижнюю ступеньку, сжал голову руками и долго сидел так, не в силах вымолвить ни слова, а затем бросил взгляд на Мэта:

— Я уезжаю. Не хочу будить других. Выведи мою лошадь, Мэт. Приготовь лук, одеяло и одежду.

Это не заняло много времени. В седле Лаймонд смотрелся уже лучше.

— Еда в сумке, — коротко кинул Мэт. — И плащ.

— Спасибо… Я ненадолго.

Мэт не склонен был задавать лишних вопросов, но не удержался:

— А молодой Уилл?

— Наверху. Бриллиант в драгоценной оправе, — пробормотал Лаймонд с обычным сарказмом.

Затем он выехал прочь со двора и минуту спустя уже мчался по холмам.

Мэтью вернулся. Все спали, хотя в кухне уже раздавались тихие, но приятные звуки. По узкой лестнице Мэт поднялся в комнату Лаймонда.

Свеча слабо коптила. В комнате воняло салом и разлитым элем, в камине громоздились обуглившиеся поленья, на решетке скопилась зола. Напротив камина прямо в грязи на полу, зажав в руке оловянную пивную кружку, последнюю, которую ему удалось осушить, возлежал Уилл Скотт, храпя и постанывая во сне. Кто-то заботливо раскрыл ему ворот, подложил под голову подушку и поставил лохань с полотенцем прямо на живот.

Мэтью полюбовался этой картиной, осклабился и вышел, тихо затворив дверь.

Из Кроуфордмуира Лаймонд медленно направился через всю страну в Корсторфин.

Ему потребовалась пять дней, чтобы устроить встречу с сэром Джорджем Дугласом: лорд Грей, которого жизнь кое-чему научила, держал сэра Джорджа в Берике, пока не приедет его старший сын, который должен был служить залогом доброй воли отца. В начале марта, однако, сэр Джордж вернулся в Далкейт и у него появилась возможность обговорить с господином Кроуфордом из Лаймонда мелкие детали обмена Сэмюэла Харви на жизнь и свободу Уилла Скотта.