— До Кхад-джи, пожалуйста, — сказала Лизелл, — и как можно быстрее.

— Увы, многоуважаемая мадам, — ответил скороход с более сильным распевно-мелодичным авескийским акцентом, чем клерк. — Нельзя. Смиренный уже заказан.

— Что ты имеешь в виду?

— Недавно один многоуважаемый — не из Вонара, но все равно многоуважаемый — господин хорошо заплатил мне, приказал мне ждать, а сам исчез в здании таможни. Он все еще там.

— Так, может, он никогда не вернется, — предположила Лизелл. — Скорее всего он уже передумал. Неважно, сколько он заплатил, я дам в два раза больше. Ну что, идет?

— Вот так задача, — колебался соблазняемый скороход. — Либо боги мне посылают счастливый случай, либо они испытывают мою честность соблазном. Ясно одно — мне суждено сегодня доставить кого-то до Кхад-джи, поскольку об этом говорят многоуважаемые, выходящие из таможни.

— Конечно, — страшное подозрение закралось в голову Лизелл. — Мужчина, который заказал тебя — низкого роста и худощавый? Он одет в плащ бежевого цвета? И говорит по-вонарски так, что его не поймешь?

— О боги, именно этот.

— Я знаю его. Он легкомыслен, как перышко, подхваченное легким ветерком. Он уже забыл о тебе. И ты о нем забудь. Я заплачу втрое больше. Ну что, поехали?

— Втрое?

— Да. Я очень, очень спешу. — Такой способ обойти Меска Завана на пути к речному пирсу был явно предосудителен, но скороход, похоже, не мог не оценить срочность дела.

— Втрое? А-ах, не верю ушам своим. — Он поскреб подбородок. — Это очень много, как-то нечестно получается. Два года сряду я побеждал в соревнованиях и был чемпионом среди скороходов в южном районе Уль Фуда. Наверное, боги заподозрили, что я возгордился. Если вы не шутите насчет оплаты…

— Не шучу, уверяю тебя. Поехали же!

— Ну, тогда уж точно они испытывают меня. Но я не осрамлюсь. — Скороход гордо выпрямился. — Мадам, я остаюсь верен данному слову, я буду дожидаться многоуважаемого в плаще, если потребуется, до самой смерти. Решено, я выдержу это испытание.

— Послушай, — начала Лизелл, — это никакое не испытание. Поверь мне, я действительно…

— Мадам, многоуважаемая мадам, — вмешался в их разговор пронзительный голос. Он принадлежал второму скороходу, потрепанному жизнью старичку, о чьем существовании она напрочь забыла. — Позвольте смиренному услужить мадам. Я доставлю вас до Кхад-джи быстро и с удобствами, так быстро, что никто не догонит.

— Ты? — Лизелл смерила взглядом говорившего. Ростом он был меньше Меска Завана — казалось, ветерок дунет, и он упадет. Она сомневалась, что ему под силу протащить фози с пассажиром и полквартала.

— Истинно говорю, многоуважаемая мадам, — седой туземец с не свойственной его возрасту живостью согнулся в поклоне. — Я — НайЗинд, из касты Потока, к услугам мадам.

— Спасибо, нет, — она по-доброму улыбнулась, чтобы смягчить отказ. — Я договорюсь с другим. — И, вновь повернувшись к крепкому молодому скороходу, она продолжила уговоры. — Если ты сомневаешься в моих честных намерениях, я могу заплатить половину суммы вперед, а остаток, когда…

— Нет, мадам, — молодой неистово затряс головой. — Я сдержу слово, которое дал тому, в плаще, я уже получил его деньги, и я не хочу быть нечестным. Многоуважаемая мадам должна найти другого скорохода. Старик НайЗинд сможет доставить ее куда надо, а есть и другие. — Он указал рукой.

— Другие? — она посмотрела в ту сторону, где-то на расстоянии в несколько сот ярдов стояло еще одно здание, и там тоже был навес. Если там и были скороходы, то она не могла их рассмотреть, но она вынуждена была поверить ему на слово. — Очень хорошо, если ты не хочешь изменить свое решение.

Она направилась к невидимым скороходам. Не успела она пройти и четверть расстояния, как сзади послышалось шлепанье сандалий по лужам, и ее догнал НайЗинд, его изможденное старческое лицо горело энтузиазмом.

— Мадам, многоуважаемая мадам, только одно слово, если позволите.

— Извини, я очень спешу, — она даже не замедлила шаг.

— Согласен, согласен. Поистине дела богов и дамы из Вонара не терпят, чтобы их откладывали, но смиренный умоляет пожертвовать ему мгновение. Многоуважаемая мадам, только ради вашего блага, позвольте НайЗинду убедить вас, что он — лучший человек в своем деле, преданный, надежный, бесстрашный, сообразительный, неукротимый…

— Так много достоинств? — она не смогла сдержать улыбку вопреки своей нетерпеливой поспешности. — Послушай, НайЗинд, я боюсь, ты не понял. Понимаешь, мне нужно добраться до Кхад-джи раньше человека в плаще, того самого, который нанял молодого скорохода. Я не сомневаюсь, что ты очень хороший скороход, но я очень тороплюсь и боюсь…

— Боитесь, что НайЗинд не сможет бежать быстрее того великовозрастного юнца, той неуклюжей кучи свежего теплого козлиного дерьма, того сосунка с головой, набитой опилками, и со свинцовыми ногами, которые не поднять. Мадам не верит, что я действительно могу быстро ее доставить туда, куда она так торопится? О-а-х! Ушам своим не верю, мадам. Поверьте мне. Поверьте, что молодость и сила — ничто по сравнению с мудростью и дерзостью. Есть способ обеспечить многоуважаемой мадам ее успех. Смотрите, — он понизил свой пронзительный голос до шепота — что я вам покажу.