Король Мильцин поднялся, исполненный достоинства, и требовательно спросил:

— Что все это значит?

— Магистр Невенской, он мне нужен, — объявил Торвид. — Вы отведете меня в лабораторию.

— Да как вы смеете? Кто вы такой?

— Это вас не касается.

— Это Торвид Сторнзоф, грейслендский грандлендлорд, — Лизелл не сводила глаз с незваного гостя. — Сир, вы теперь сами видите, что эти грейслендцы из себя представляют и что они хотят сделать. Вы не можете позволить этим людям…

— Молчать, — оборвал Торвид, — еще слово — и я стреляю.

Она посмотрела ему в глаза и поняла: он колебаться не будет. Она замолчала.

— Это чудовищно. Вон с глаз моих, — побагровев, приказал Мильцин. — Немедленно выйдите вон. Уходите, пока я не позвал охрану и не приказал арестовать вас.

— Ваше величество больше не отдает здесь приказы. Это право перешло ко мне, — сухо парировал Торвид. — Сейчас вы отведете меня в секретную лабораторию. Я думаю, ее местонахождение вам известно.

— Не воображайте, что ваше положение или ваша национальность защитят вас, Грандлендлорд, — предупредил Мильцин. — Ваш император — мой кузен. Ваша вопиющая дерзость не пройдет для вас безнаказанно. Уходите, пока у вас есть шанс, пока вы не поставили себя в безвыходное положение.

— Мы уйдем вместе, сир. Вы покажете дорогу. Откажетесь — я пущу вам пулю в лоб.

— Вы лишились рассудка? Я — король.

— Королям пускают кровь. Хотите это испытать?

— Вы не посмеете. Здесь во всех комнатах слуги и телохранители. Они мгновенно отреагируют на звук выстрела. Вам не удастся избежать ареста и казни.

— Возможно, — Торвид пожал плечами. — Однако и Вашему Величеству не придется наблюдать это зрелище. Хватит болтать. Мы идем в лабораторию Невенского. Но не сюда, — остановил он, когда его пленник энергично шагнул к богато украшенной двустворчатой двери. — Любезно было с вашей стороны предупредить меня о вооруженных телохранителях и слугах. Поэтому мы пойдем вниз по лестнице, по которой я только что поднялся, через Длинную галерею, а оттуда в коридор. Ты тоже, — бросил он Лизелл. Он навел на нее пистолет. — Стань рядом с королем. Возьми его под руку. Делай, что говорят, — он подождал, пока она исполнит его приказ. — Прекрасно, вы отличная пара.

— Вы всерьез думаете, что сможете провести короля под дулом пистолета через зал, где толпа гостей? — Лизелл не могла удержаться, чтобы не спросить. — С вашей стороны это просто безумие.

— Именно поэтому у меня все получится, — ответил ей Торвид. — Никто не ожидает такого, никто ничего не заметит. Эти дураки даже не поймут, что происходит у них под носом. Сейчас я встану рядом с его величеством, и мы выйдем в Длинную галерею. Мы будем улыбаться, кивать головой и мило беседовать. У нас с вами премилый банкет, и все видят, что король наслаждается обществом своих хороших друзей. Но мы трое знаем, что мой пистолет упирается в ребра его величества. Малейший намек на сопротивление, первый крик о помощи — и я стреляю. Меня не волнует, чем это кончится для меня. Без малейшего сожаления я устраню гецианского короля, чей каприз лишает Империю великого оружия. Примите к сведению здесь и сейчас, что я сделаю то, что от меня требуется.

Мильцин IX неловко кивнул. Красный след от недавней пощечины поблек, и лицо его стало совершенно бесцветным.

Лизелл сверлила грандлендлорда глазами.

— Каслер ничего об этом не знает, — обвинительным тоном произнесла она.

— Ничего, — согласился Торвид с легкой усмешкой.

От его ответа и улыбки у нее по спине побежал холодок. Она опустила глаза под его взглядом.

— А теперь вперед, — приказал Торвид. — Улыбайтесь. Мы наслаждаемся нашей приятной беседой. Ну, вперед.

Это невероятно. Он не может такое совершить, да и это просто невозможно, когда во дворце так много слуг, охраны и гостей. Но каким-то образом они вышли из комнаты аудиенций, повинуясь приказу Торвида Сторнзофа. Он гнал их вниз по лестнице, он обращался с ними, как ему того хотелось. Лизелл захлестнуло чувство яростной беспомощности. Вцепившись в руку короля, она спускалась по лестнице.

В самом низу она оказалась перед маленькой, очень простой дверью. За этой дверью слышались крики людей. Она остановилась в нерешительности.

— Вперед, — приказал Торвид.

Она метнула в него ненавидящий взгляд. Король Мильцин приоткрыл дверь. В ту же секунду крики и вопли оглушили их. Обжигающий порыв воздуха ворвался в дверь из Длинной галереи. Лизелл заметила необычное зеленое пламя, окутавшее стены и пологом висящее над головой, прежде чем дверь захлопнулась.

— Выходите оба, — приказал Торвид.

— Вы что, с ума сошли? — повернулась она к нему. — Там же настоящий ад!

— Я вижу. Зеленый ад. Необычное зрелище.