Бен Раддль и Жанна посвящали целые часы изучению наброска, сделанного рукой француза. Они перенесли его на карту и по широте и по долготе определили, что расстояние, отделяющее Золотой вулкан от Доусона, не превышает двухсот сорока миль, то есть почти пятисот километров.

— В хорошей повозке и с хорошей лошадью, — говорил спрошенный по этому поводу Лорик, — пятьсот километров можно проехать в двадцать дней, если двинуться в путь на второй неделе мая.

В это время Сумми Ским не переставал повторять:

— И что они только замышляют там вдвоем?

Хотя он не знал, в чем дело, но подозревал, что эти частые совещания должны касаться какой-нибудь новой экспедиции, и решил воспротивиться ей всеми силами.

«Забавляйтесь, мои милые дети! — ворчал он про себя. — Подводите ваши счеты. Я тоже подведу свои, и посмеется тот хорошо, кто посмеется последний!»

Наступил март, а с ним и сильные морозы. Два дня подряд термометр падал до шестидесяти градусов ниже нуля! Сумми Ским заставил обратить на это внимание Бена Раддля и прибавил, что если так будет продолжаться, то на градуснике не хватит делений.

Инженер, предчувствуя, что Сумми будет раздражительным, постарался быть сговорчивым.

— Правда, холод стоит ужасный, — сказал он самым добродушным тоном, — но так как нет ветра, то он легче переносится, чем я думал.

— Да, Бен, да, — согласился Сумми, сдерживая себя, — этот холод очень полезен, он убивает микробов мириадами.

— Прибавлю, — заметил Бен Раддль, — что, по мнению местных жителей, он едва ли протянется долго. Надеются даже как будто, что зима в нынешнем году будет короче, чем обыкновенно, и что работы можно будет начать с начала мая.

— Работы?.. С твоего позволения я плюю на все работы, мой старый Бен! — воскликнул Сумми, возвышая голос. — Я крепко рассчитываю на то, что, как только вернется Билль Стелль, мы тотчас же воспользуемся ранней весной, чтобы отправиться в обратную дорогу.

— Однако, — заметил инженер, который счел момент подходящим для объяснений, — может быть, было бы полезно до отъезда посетить еще раз прииск номер сто двадцать девять.

— Прииск этот походит теперь на остов корабля, лежащего на дне моря. Его можно увидеть лишь в костюме водолаза. А так как у нас его нет…

— Но ведь там потеряны миллионы!..

— Миллиарды, если хочешь, Бен. Не протестую. Но, во всяком случае, они навсегда потеряны. И я не вижу надобности возвращаться на Форти-Майльс-Крик, который возбудит в тебе дурные воспоминания.

— О, я совершенно вылечился, Сумми!

— Может быть, совсем уж не так хорошо, как ты думаешь. Мне кажется, что лихорадка… известная лихорадка… ты знаешь… золотая лихорадка…

Бен Раддль пристально посмотрел на своего кузена и решил наконец открыть ему свои планы.

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказал он, — но только не выходи из себя с первых же слов.

— Напротив, я выйду из себя! — воскликнул Сумми Ским. — Никто меня не удержит, предупреждаю тебя, если ты только намекнешь на возможность отсрочки нашего отъезда.

— Послушай же, говорю тебе, я хочу сообщить тебе секрет.

— Секрет? По чьему поручению?

— По поручению того француза, которого ты нашел полумертвым около Доусона и привез в город.

— Жак Леден сообщил тебе секрет, Бен?

— Да.

— И ты ничего не говорил мне об этом?

— Нет, потому что он раскрыл мне один план, который требовал обсуждения.

Сумми Ским вскочил.

— План!.. — воскликнул он. — Какой план?

— Подожди, Сумми, — остановил его Бен Раддль. — Сначала секрет, потом план. Надо идти по порядку. Пожалуйста, успокойся.

Тогда Бен Раддль сообщил своему кузену о существовании Золотой горы и о ее местонахождении у устья Маккензи, на самом берегу океана. Сумми Ским должен был бросить взгляд на первоначальный набросок Ледена и на карту, куда инженер перенес его. Затем он узнал, что эта гора — вулкан… вулкан, содержащий громадное количество золотоносного кварца и самородков золота.

— И ты веришь в этот вулкан из «Тысячи и одной ночи»? — спросил Сумми Ским насмешливым тоном.

— Да, Сумми, — ответил Бен Раддль, который, казалось, не допускал никакого спора на этот счет.

— Ну хорошо, — согласился Сумми Ским. — Что же дальше?

— Как — что? — возразил, воодушевляясь, Бен Раддль. — Неужели, обладая таким секретом, мы ничего не предпримем? Мы дадим воспользоваться им другим?

Стараясь сохранить хладнокровие, Сумми Ским ответил:

— Жак Леден тоже хотел воспользоваться им. Однако ж ты знаешь, как ему это удалось. Миллиарды самородков Золотой горы не помешали ему умереть на больничной койке.