– Ответь, будь любезен. Нам бы очень хотелось выяснить шпион ты или нет!

– Я офицер Бюро В, – заметил Глауен, – И если я что-то и докладываю своему руководству, то это официальное дело, которое я не волен обсуждать с кем попало.

Арлес потряс Глауена за плечо.

– Я тебе не об этом и спрашиваю!

Глауен оттолкнул руку Арлеса.

– Слушай, Арлес, ты начинаешь мне надоедать.

– Бросьте, – выступил вперед Кеди, – Давайте не будем ссориться, чтобы не испортить весь день.

– Ага! – воскликнул Джардайн, – Так ведь день-то уже испорчен!

– И я утверждаю, что в этом виноват Глауен! – в ярости закричал Арлес, – Отвечай мне, Глауен! Ты доносишь на нас или нет? Ответь нам прямо! Или считай, что ты исключен из состава Дерзких Львов!

– Исключен? Ба! Да я и сам уйду из вашей пьяной компании!

– Приятно слышать, но это все равно не ответ, – Арлес снова схватил Глауена за плечо и сдавил его.

Глауен скинул его руку со своего плеча, но Арлес другой рукой нанес Глауену скользящий удар по шее. Глауен ударил Арлеса кулаком в живот, а потом в подбородок так, что у него заболели костяшки пальцев. Арлес зарычал от ярости и бросился вперед, размахивая кулаками. Глауен начал отступать. Кайпер, сидящий на корточках на песке, хитро выставил одну ногу; Глауен споткнулся и упал. Арлес рванулся вперед и пнул его ногой в грудь, потом попробовал повторить, но в это время вмешался Кеди и оттащил его в сторону.

– Прекратите! – сурово сказал Кеди, – Все должно быть по честному. Это грязная выходка, Кайпер.

– Не такая уж и грязная, если он доносчик!

– Именно так! – задыхаясь согласился Арлес, – Этот вонючий маленький доносчик ничего лучшего и не заслужил! Дай-ка я его раз хорошенько пну туда, где он прочувствует это лучше всего!

– И не вздумай, – предупредил Кеди, – А то ты будешь иметь дело еще и со мной. Что касается бочонка вина, то могу заявить, что Глауен к этому делу не имеет никакого отношения. О том, что мы собираемся сделать никто, кроме меня и Джардайна ничего не знал.

– Он вполне мог подслушать ваш разговор.

Глауен поднялся, чувствуя жгучую боль в ребрах. Он посмотрел на Арлеса, который с улыбкой на губах стоял перед ним, потом повернулся и заковылял вдоль берега в сторону самоходного вагончика Клаттуков. Он уселся на сиденье и направил вагончик в сторону станции Араминта.

Добравшись до Дома Клаттуков, он позвонил по телефону Бодвину Вуку.

– Я больше не Дерзкий Лев.

– Да? Почему?

– Джардайн Лаверти хотел стащить бочонок вина и попался на месте преступления. Арлес обвинил меня в том, что это я проинформировал хозяев. Мы с ним обменялись несколькими фразами и я был исключен из рядов Дерзких Львов, что стоило мне всего лишь пинка под ребра.

– Гром и молния! – проворчал Бодвин Вук, – Вот и строй после этого планы.

Глауен решил, что в данный момент лучше попридержать язык за зубами. Бодвин Вук задумчиво произнес.

– Как я понимаю, ты не собираешься возвращаться в их компанию?

– Совершенно верно.

Бодвин Вук легонько хлопнул ладонями по крышке стола.

– И все равно, ты поедешь в Йипи-Таун и все в той же компании Дерзких Львов. Тебя пригласит Кеди. Это сработает не хуже предыдущего плана.

– Как скажете.

Между Йипи-Тауном и станцией Араминта курсировали два парома: старая «Сфарагма», нынче предназначенная для перевозок грузов и рабочих йипи; и новый «Фараз», катамаран со всеми удобствами для ста пятидесяти пассажиров. Скользя по голубой поверхности океана со скоростью от сорока до шестидесяти километров в час, «Фараз» добирался до Йипи-Тауна за шесть-восемь часов, проводил ночь у пристани и возвращался на следующий день. Таким образом он успевал сделать три поездки туда и обратно каждую неделю.

За несколько дней до начала каникул Джардайн Лаверти виновато подошел к Глауену.

– Я очень неудобно себя чувствую в отношении этого несчастного бочонка вина. Я узнал, что Вольмер просто оказался в тот момент на работе, хотя по моим расчетам он должен был быть выходным. Тебя совершенно несправедливо оскорбили, поэтому я приношу свои извинения. Я понимаю, что одних слов не достаточно, но другого я предложить не могу.

– Не буду притворяться, что у меня это событие оставило приятные воспоминания, – натянуто сказал Глауен.

– Конечно! Очень жаль, что ты решил выйти из состава Дерзких Львов, – после недолгого колебания Джардайн робко добавил, – Полагаю, что ты можешь восстановиться в наших рядах… хотя Арлес и попробует воспротивиться.

– Нет уж, спасибо, – ответил Глауен, – Мое пребывание среди Дерзких Львов закончено. И все же, на следующей недели я поеду в Йипи-Таун, но чтобы поддержать компанию, я вполне могу присоединиться к вашей группе, если, конечно, не будет никаких возражений.