Западную часть Северной Маньчжурии, т.е. бассейн реки Нонни, населял многочисленный народ-кидани. Это была северная группа древних дун-ху, близкая по языку к населению Юйвэни [72] . С китайцами они сталкивались на своей южной границе-реке Шара-Мурень (кит. — Ляохэ).

К северу от киданей жили племена шивэй. Загадочное китайское название ныне расшифровано и понято-это отуз-татары; потомки их были соперниками Чингисхана [73] .

На запад от киданей и шивэйцев, т.е. в Восточной Монголии, по берегам Онона и Керулена, жили дидэугань, а к северу от них, очевидно, уже в таежной полосе Сибири, обитало племя улохэу, этническая принадлежность которого неясна [74] .

Все вышеописанные племена были еще в столь примитивном состоянии, что не могли принять активное участие в международной политике Дальнего Востока. В ней начиная с III века взяли на себя руководящую роль южные сяньби — муюны и северные — табгачи.

Таежная зона, ограничивающая Великую степь с севера, и в те древние времена рассматривалась как окраина сначала хуннской, а потом сяньбийской державы. Сведений о Сибири III-V веков в китайской географической литературе почти нет, и потому приходится восстанавливать ее историю по данным археологии, что дает весьма приблизительные и отнюдь не исчерпывающие тему результаты.

Археологические раскопки в Забайкалье установили наличие хуннской культуры: могильник в Ильмовой пади [75] , Дэрестуйский могильник [76] и Нижне-Иволгинское городище [77] . Комплекс находок показывает, что забайкальцы имели много отличий от основной массы хуннов, живших южнее. Прежде всего обращает на себя внимание керамика: глиняные сосуды крайне неудобны для перевозки, они тяжелы и хрупки. Поэтому кочевники обычно употребляют металлическую, деревянную и кожаную (бурдюки) посуду. Здесь же керамика разнообразна — это свидетельствует об оседлом образе жизни.

Сохранившиеся кости животных указывают на преобладание в стаде рогатого скота: быков, овец, коз. Костей лошади нет, но наличие удил доказывает, что она у забайкальских племен была. Скорее всего лошадь была слишком ценна, для того чтобы погребать ее в могиле. Основными занятиями забайкальцев были оседлое скотоводство (бык, лошадь, баран), охота (косуля, заяц, птица), земледелие (просо) и рыболовство. Этот комплекс занятий роднит пришлых хуннов с местным населением. Похоже на то, что Сибирь в хуннское время была местом ссылки для неблагонадежных, к которым относились пленные и перебежчики.

Преобладание хуннской культуры среди забайкальцев I-II веков несомненно. Также неоспоримо, что эти племена входили в состав империи Хунну. Но были ли они хуннами по происхождению? Видимо, нет. Надо полагать, что это были аборигены Забайкалья, к которым примешивались завоеватели-хунны, ссыльные китайцы и сяньбийское племя табгачей, более известное в истории в китайской транскрипции — «тоба» [78] , откочевавшее в Забайкалье с юга в I веке до н.э. [79] .

Табгачи отличались от прочих сяньби обычаем заплетать косу. Это обычай не монгольский, а тунгусский, но китайский историк уверенно называет табгачей сяньбийцами. Табгачи говорили на древнемонгольском языке [80] , но находились под культурным влиянием своих соседей тунгусов. Они имели государственность несколько более развитую, чем южные сяньби: они управлялись ханами. Это табгачское слово впервые встречается в III веке н.э. Табгачское ханство было тунгусо-сяньбийской химерой.

Во время великой засухи III века [81] часть табгачей пересекла Гоби и поселилась в степи восточнее Ордоса, где еще сохранились непересохшие источники. Их попытки завязать дипломатические отношения с Китаем кончились плачевно. Китайские дипломаты путем интриг вызвали убийство царевича, смерть хана от горя и распадение державы на три самостоятельных владения (295 г.). Один из трех владетелей, хан Ито, попытался оторваться от границ Китая. Есть сведения, что он покорил в Западной Сибири более тридцати владений, расположенных между Селенгой и Обью [82] . Но чем кончилась его авантюра, источник умалчивает. Во всяком случае табгачского ханства в Западной Сибири не возникло.

Гораздо более перспективным для табгачей оказалось стремление продвинуться на юг, несмотря на то, что империя Цзинь была сильнее не только любого из кочевых племен, но и всех их вместе взятых. Однако события потекли по такому руслу, наличие которого не мог предвидеть никто.

Карта. Вспышка. Война князей