– Что у тебя с нижней губой?

– Ничего. А что с ней такое? – испугалась Даф, на всякий случай потрогав губу языком.

– Я спрашиваю про золотое кольцо.

– А-а-а, это пирсинг! – догадалась Даф.

– О Свет! Ходить с проколотой губой! Это же неудобно!

– Я уже привыкла. Вначале, конечно, мешается, но потом забываешь, – заявила Даф.

Троил задумчиво пожевал губами.

– Страж света с пирсингом… Необычно. А что заставило тебя проколоть себя? Аскетизм? Подражание африканским колдунам? Потребность в неформальном выражении? – мягко спросил он.

Даф решила, что он явно из тех старичков, что пытаются уследить за всем новым, все понять и идти в ногу со временем, а потому еще безнадежнее от него отстают.

– Да нет, просто прико… – начала Дафна, но, взглянув на укоризненное лицо Троила, осеклась.

Генеральный страж встал и стал медленно прохаживаться по кабинету. Даф следила за ним одними глазами, как за маятником.

– Я давно наблюдаю за тобой, – продолжал Троил. – Порой мне приходилось успокаивать тех, кто считал тебя недостойной быть стражем. Я полагал, что каждому надо дать шанс. Во всяком случае, думал так до определенного момента…

Дафна напряглась, пытаясь понять, куда он клонит.

– Особенно большие споры были после той истории с магией мрака. Нас встревожило даже не то, что ты ее применила – в конце концов, это можно списать на ошибки юности, сколько то, что начертанная тобой руна обрела силу. Она не должна была обрести ее, будь ты настоящим стражем света. Понимаешь? Просто не должна.

– Даже если я правильно ее начертила? – усомнилась Даф.

– Если бы ты правильно начертила сто тысяч рун мрака! Руна – это фигура, не более! Причудливый рисунок! Пустой кувшин, да простится мне это банальное сравнение. Умирающему в пустыне от жажды кувшин не поможет, если в нем нет воды. Не так ли? Вот и руна, пока ее не наполнит сила того, кто ее начертил, останется просто рисунком. Причем сила должна быть вполне определенной – силой света или силой мрака. – Троил замолчал и посмотрел на Даф так пристально, что ей захотелось проверить, все ли у нее застегнуто или завязано.

Пауза становилась томительной.

– О чем я говорил?.. А, да! Все это навело меня на мысль, что ты не обычный страж света. Да, ты была им по рождению, но со временем в тебе все больше начали проявляться черты стража тьмы, – подвел итог Троил.

Вспомнив о темных перьях, Даф поспешно свела крылья за спиной. Она уже жалела, что не отстегнула их в коридоре.

– Крылья обмануть сложно. Они понимают стража прежде, чем он сам поймет себя, – назидательно заметил Троил.

– И что теперь? Я должна сдать крылья? Я больше не страж? Меня лишат допуска в Эдемский сад и изгонят к лопухоидам? – взволнованно спросила Даф, вспоминая каменных грифонов. Не только крылья, грифоны тоже что-то почуяли.

– К смертным, – укоризненно поправил Троил. – Не к лопухоидам, а к смертным… Не надо всех этих скользких словечек, которые так любят элементарные маги.

Троил долго разглядывал перстень у себя на пальце, вращал его, точно пытаясь снять, а потом со вздохом сказал:

– Нет, Даф, мы тебя не изгоняем. При других обстоятельствах, возможно, совет настоял бы на твоем изгнании. Но не теперь… Сейчас нам нужен такой неправильный страж, как ты… Личность, содержащая в себе как свет, так и мрак. Как ты посмотришь на то, чтобы получить особое задание?

– Какое? – жадно спросила Даф.

Ей никогда не давали особых заданий. Только: «Не вертись под ногами! Иди поделай что-нибудь!»

– Задание, от которого зависит судьба Эдема, наша судьба и судьба смертных, – с сожалением произнес Троил. В его голосе явно звучало: «Такое задание, а я даю его девчонке! В своем ли я уме?»

Даф напряженно ждала продолжения. Она уже начинала привыкать, что Троил делает такие паузы, в которые можно успеть разгрузить вагон с металлическим ломом.

– Нам нужен секретный агент. Агент света во мраке. Я отдаю себе отчет, что ты не самая подходящая кандидатура, но выбора просто нет. Любого другого стража, в котором нет внутренней тьмы, они раскусят в два счета. Тебя же мы можем изгнать, и они примут тебя, так как ты будешь для них своей… Возможно, примут. Но об этом мы еще поговорим. А теперь главное…

Генеральный страж мягко провел по воздуху ладонью.

– Взгляни! – сказал он.

Дафна пригляделась. В воздухе медленно проявились сколотый передний зуб, длинные русые волосы, чуть прищуренные дерзкие глаза.

«А он ничего! Интересно, кто этот мальчишка?» – подумала Даф. В Эдемском саду она такого определенно не встречала.

– Его зовут Мефодий. Он и есть твое задание. В нем, как и в тебе, есть свет и есть мрак, и неясно пока, какое начало возьмет верх. А еще у него есть дар. С каждым часом парень становится все сильнее. Он, как и мы, не нуждается в силе дарха, как губка впитывает мощь эмоций лопу… м-м… смертных, и он же единственный, у кого есть шанс пройти черно-белый мраморный лабиринт Храма, добравшись до внутренней двери! – произнес Троил.

– Вот здорово! Молодец мальчишка! – с воодушевлением сказала Даф, решив, что должна что-нибудь вставить.

– ЗДОРОВО? – непонимающе переспросил Троил.

– Ну да! Это же так классно, когда человек может куда-то пойти, до чего-то добраться! Разве не так? Разве мы этого не поощряем? – сказала Даф уже не так уверенно.

Генеральный страж проницательно взглянул на нее.

– Как тебя вообще взяли в стражи? Ты же не знаешь даже истории! – сказал он.

– Вообще-то я проходила инструктаж, – возразила Даф.