— Хорошо, но пока лежу, — засмеялась та. — Джек сообщил, что пригласил вас на концерт.

Элли обреченно вздохнула. Он, должно быть, уже всем раззвонил об этом.

— А он сообщил, что я отказалась?

— Да, говорил, что вы не слишком обрадовались приглашению. Он расстроился. Ему нужна пара.

— Так в чем проблема? Уверена, что у него большой выбор. Только почему он выбрал именно меня?

— Должна признаться, что это была моя идея. Я посоветовала ему пригласить вас. Там будут вкусные угощения, хорошая музыка. Мне показалось, что вы обрадуетесь. Я бы ни за что не отказалась. Жаль, что не могу ходить.

Элли не знала, что и сказать. Она вовсе не хотела, чтобы Ханна считала ее неблагодарной.

— Спасибо, конечно… Приглашение мне по душе… только… понимаете, у меня нет подходящего платья. Я видела светскую хронику. Там нужно что-то особенное.

Вот так. Теперь им нечего будет возразить!

— Вам нечего надеть? Дело поправимое! Моя сестра Клара совсем не умеет готовить, зато отлично шьет. Наша мать научила одну из нас готовить, а другую — шить. Вот и получилось, что Клара не способна приготовить даже самое простое блюдо, а я не умею даже вдеть нитку в иголку. Но две феи-крестные для вас лучше, чем одна. Бегите к нам, и мы вместе что-нибудь придумаем.

— Вы очень добры, но все же…

— Не добра, а практична и предусмотрительна. Мне давно надоело сидеть перед телевизором, хочу на работу, хочу видеть Джека. У него всегда так много интересного в жизни! Конечно, так рассуждать эгоистично, но мне скучно. Кларе — тоже. Мы хотим чем-нибудь заняться. Не лишайте нас удовольствия. У Клары нет дочерей и внучек, ей не для кого шить. Вы для нас — как божий дар. Ведь обед закончился? Уверена, что он был отличным. Как скоро вы сможете к нам прийти?

Элли почувствовала, что дальнейшие возражения были бы неуместны, и пообещала явиться через час.

Элли всегда представляла Ханну маленькой, пухленькой и с румяными щеками. Но женщина, сидевшая на кожаном диване, положив больную ногу перед собой, была высокая и худощавая, с седыми, коротко стриженными волосами. Посредине комнаты стояла швейная машинка, а рядом на столике — большая корзина, из которой выглядывали края различных образцов тканей.

— Входите, входите, — приветливо позвала Ханна. — Значит, вы — Элли? Повернитесь-ка, повернитесь, дорогая. Клара, я же тебе говорила, что для нее лучше всего подойдет шифон! — Ханна достала из корзины кусок светлой легкой материи. — На высокой фигуре это будет смотреться великолепно. — Ханна широко улыбнулась Элли, словно она сама в мгновение ока решила проблему. Все это, конечно, хорошо, подумала Элли, но разве можно сшить платье за полдня?

— Извините, но я думаю, что я не… Короче, я не подхожу для высшего общества. Я буду там неловко себя чувствовать.

— Как это не подходите? Да все будет отлично! — заверила ее Ханна.

— Подождите. — Клара встала перед ними, уперев руки в бока. Она была моложе, чем сестра, но с теми же угловатыми чертами лица и такими же седыми волосами. — Ханна, сейчас же брось этот шифон. Вечно ты начинаешь командовать, где не надо. Давай спросим Элли, чего она сама хочет.

Элли с улыбкой слушала добродушную перебранку сестер. Жаль, что у них в семье все по-другому. Взять хотя бы отношения с Эйприл и Мэй…

— Ханна говорила, что вас называют Золушкой, — продолжала Клара. — Значит, по логике получается, что мы вполне можем сойти за двух крестных. Вы можете выбирать любой фасон, какой вам придется по вкусу. Вот взгляните. — Клара протянула Элли модный журнал и жестом пригласила ее присесть на диван рядом с сестрой.

Элли вскоре нашла понравившийся фасон. Простое длинное платье, струящееся шелковыми складками вниз и подчеркивающее фигуру. Сбоку был длинный разрез, открывающий колено. У Элли никогда в жизни не было такого роскошного платья. Ничего похожего на наряды Золушки, которые она надевала на детские праздники. Это было «взрослое» платье для «взрослых» вечеров, куда Элли никогда не ходила, но о которых много читала.

Увидев привлекший внимание Элли фасон, Клара кивнула:

— Превосходно. — Потом посмотрела в сторону сестры. — И я знаю, где взять ткань для него. В твоем гардеробе.

— Как это? — удивилась Ханна.

— Помнишь платье, которое ты надевала на похороны дяди Фреда? Ты же его никому не отдавала?

— Но не могу же я лишить вас платья, — заволновалась Элли.

— Я хотела продать его, но все никак руки не доходили. Конечно же, я не стану его носить.

Клара довольно хохотнула:

— Конечно, его придется немного подправить.

— Я еще тогда тебе говорила, что не нужно его отдавать, — обрадовалась Ханна. — Знала, что когда-нибудь оно пригодится. И вот появились вы. Клара — мастер своего дела, увидите. Как-то она сшила мне платье для концерта всего за один день. Правда, это было сто лет назад, но она и сейчас не утратила своего мастерства. Иди, Клара, принеси его.

При виде платья у Элли сердце ушло в пятки. Так она и знала! Неуклюжее, чопорное, с длинными рукавами и мешковатое. Правда, материал, из которого оно было сшито, был превосходен: тот самый черный струящийся шелк.