– Я частный детектив, – представился второй. – Детективное агентство «Черный ястреб».

– А я ее друг и телохранитель, – сказал третий.

– Храните ее тело для себя или для других? – спросил я.

Вместо ответа этот тип наотмашь ударил меня по лицу. Брызнула кровь из глубоких царапин.

– Хватит, – приказал полицейский. – Никакого насилия, если только он не выкинет какой-нибудь фортель, а тогда я сам без вас управлюсь.

– Это скользкая, как угорь, продажная ищейка, которая вынюхивает информацию, а потом пытается использовать ее для шантажа, – заявила Карлота.

– Ну и что же я вынюхал?

Она премило улыбнулась.

– Знаю, что полицейские не жалуют шантажистов и поэтому на моей стороне. Я лучше сама обо всем тет-а-тет расскажу окружному прокурору, если дойдет до этого.

Я глянул в ее лживые глаза и спросил:

– Хорошо, а что, если я сам все расскажу?

На какое-то мгновение в ее глазах мелькнул испуг. Затем она со злобой произнесла:

– Только попробуйте опорочить мою репутацию, и я обещаю, что сотру вас в порошок.

– Теперь сами видите, кто нуждается в телохранителе.

Вмешался полицейский:

– Хватит, Лэм, вы задержаны и поедете с нами.

– Могу узнать – за что?

– За вымогательство.

– Давайте проверим номера купюр, – предложил кто-то из них, – пока мы все здесь.

Полицейский кивнул и вытащил из кармана деньги.

В пачке оказалось десять стодолларовых банкнотов. Полицейский зачитывал номера, а другой проверял их по списку.

Покончив с этим и положив деньги в карман, коп распорядился:

– Все, Лэм, пошли.

– Так вы меня знаете?

– А то как же? – буркнул полицейский. – Черт возьми, знаем как облупленного. Забыли, что на улице стоит ваша машина с регистрационным сертификатом на рулевой колонке, а здесь, в мотеле, записались под своим настоящим именем, тут к вам не подкопаешься, но вы попались с поличным на шантаже и, возможно, на попытке к изнасилованию.

– Давайте начистоту! Она пришла сюда, чтобы расплатиться со мной. Вы, ребята, поджидали за дверью. Заслышав сигнал, ворвались, сцапали меня и нашли в кармане деньги… правильно?

– А что, разве нет? – спросил полицейский.

– Платье ее оказалось перекинуто через спинку кресла так аккуратно, что совсем не было заметно, что оно разорвано. Бюстгальтер висел на одной бретельке. Лицо мое в кровь расцарапано. Если вы находились за дверью, ожидая ее сигнала, почему же она не позвала вас, когда я начал срывать с нее платье? Зачем же ждать, пока бюстгальтер не будет сорван, а мое лицо расцарапано? Почему бы ей не позвать вас, когда заварушка только начиналась?

Полицейский захлопал глазами.

– Все случилось слишком быстро, – вмешалась Карлота. – Я растерялась. Забыла про сигнал.

Не замедлил вмешаться и ее дружок.

– Довольно. Если вы намерены безнаказанно позволять этому типу ее оскорблять, вы, представитель власти, тогда я сам лично дойду до вашего шефа, и тогда вам не поздоровится. Это так же верно, как то, что меня зовут Гарден К. Монрой. Не будет преувеличением сказать, что пользуюсь некоторым влиянием в этом городе… а возможно, и во всем штате.

Карлота подарила ему улыбку, полную обещаний.

Полицейский обратился ко мне:

– Я не задерживаю вас за попытку изнасилования, пока еще нет, а забираю за вымогательство. Выходите. Здесь нам больше делать нечего.

Меня провели вниз в полицейскую машину.

Коп доложил по рации:

– Только что накрыл Лэма в мотеле «Эджемаунт». При нем оказалась тысяча меченых долларов. Поторопитесь с ордером на обыск.

– Что еще за ордер на обыск?

Ответа я так и не получил.

На мне все еще были наручники. Полицейский сидел за рулем. Двое других и Карлота висели у нас на хвосте в другой машине.

Страж порядка явно не торопился. Он подолгу торчал возле каждого светофора и тщательно соблюдал все правила уличного движения. Наконец остановил машину возле тротуара и сообщил:

– Хочу купить газету.

Подозвав мальчишку-разносчика, он купил газету и углубился в чтение.

– Тише едешь – дальше будешь, – философски заметил я.

– Заткнитесь.

Через некоторое время он опять вышел на связь:

– Спецмашина номер 16. Есть донесение?

– Только что поступило, – ответил диспетчер. – Вот для вас сообщение. В письменном столе офиса найден обрывок письма.