Саймон был добрым, богобоязненным человеком, который всегда хорошо к ней относился. Как и другие слуги, он вынужден был оставаться на службе у Луддона, и одно это было достаточно тяжким испытанием. Не мог же Господь быть таким жестоким и в довершение ко всему отнять у старика и жизнь!

— Бежим со мной, леди Мадлен, — начал умолять Саймон. — Я сумею надежно спрятать вас.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Одному тебе будет легче скрыться, Саймон. Барон обязательно придет за мной. И не спорь, пожалуйста, — торопливо добавила она, видя, что слуга собирается продолжать уговаривать ее. — Да иди же наконец! — выкрикнула Мадлен, подталкивая старика в спину.

— Да защитит вас Господь! — пробормотал Саймон и, протянув хозяйке кинжал, заковылял к воротам. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как был сбит с ног братом Дункана. Джилард бежал за одним из вражеских воинов и случайно наткнулся на старого слугу. Саймон упал на колени, и тут Джилард сообразил, что перед ним — еще один враг, которого надо уничтожить.

Мадлен ни на секунду не усомнилась в намерениях Джиларда. Громко закричав, она подбежала к ним и прикрыла Саймона своим телом.

— Встань и отойди в сторону! — рявкнул Джилард, занося меч.

— Нет! Прежде чем убить его, тебе придется прикончить и меня!

Лицо молодого человека скривила гримаса ярости. Уж кто-кто, а брат барона был способен уложить девушку одним ударом.

Происходящее не укрылось от внимания Дункана, который тут же поспешил к Мадлен. Барон знал крутой нрав своего брата, но не сомневался в том, что тот не посмеет причинить вреда девушке. А если Джилард все же сделает это, то умрет сам. Не важно, что они единокровные братья. Дункан — всесильный барон Векстонских владений, а Джилард — его вассал, обязанный чтить своего господина. Дункан ясно заявил, что Мадлен принадлежит только ему. И никто не имел права коснуться ее хоть пальцем. Никто!

Остальные слуги, а их было человек тридцать, наблюдали за происходящим. Те, кто еще не успел выбежать за ворота, поспешили на помощь Саймону.

Мадлен встретила разъяренный взгляд Джиларда с ледяным спокойствием, ничем не выдавая своего страха.

Дункан подбежал к ним в тот самый миг, когда Мадлен откинула с шеи тяжелую массу волнистых волос и холодно попросила Джиларда бить именно сюда, да поскорее.

Оторопев, Джилард медленно опустил меч. Окровавленное острие клинка воткнулось в землю.

Спокойное выражение лица Мадлен не изменилось, когда она повернулась к Дункану.

— Неужели ваша ненависть к Луддону распространяется и на его слуг? Неужели вы убиваете несчастных мужчин и женщин только за то, что по закону они обязаны служить моему брату? — вызывающе бросила она.

Не дожидаясь ответа, девушка повернулась к барону спиной, взяла Саймона за руку и помогла ему встать.

— Я слышала, что барон Векстон — человек чести, Саймон. Встань рядом со мной и давай вместе посмотрим ему в глаза, мой друг. — Повернувшись к Дункану, она добавила: — Теперь-то мы и узнаем, действительно ли перед нами порядочный человек или он ничуть не лучше Луддона.

Тут Мадлен заметила, что все еще держит в руке кинжал. Быстро спрятав руку за спину, она нащупала дырку в подкладке плаща и сунула кинжал туда, моля Бога о том, чтобы подол одежды оказался достаточно прочным. Потом она громко крикнула, указывая на слуг:

— Все эти добрые люди пытались защитить меня от моего брата, и я умру, если вы попытаетесь причинить им зло! Выбор за вами!

Дункан ответил с презрением:

— Я не такой, как твой брат, Мадлен. Я не преследую слабых. Ступай, старик, никто не тронет тебя. И можешь взять с собой остальных.

Слуг не надо было долго уговаривать — они тут же бросились к воротам. Оценив благородство Векстона, Мадлен произнесла:

— А теперь, барон, я попрошу вас еще об одном. Пожалуйста, убейте меня прямо сейчас. Я знаю, что просить об этом — значит проявить трусость, но, поверьте, ждать смерти невыносимо. Делайте то, что вы должны сделать.

Мадлен ничуть не сомневалась в том, что Дункан собирался убить ее. Сам барон был поражен ее словами — он в жизни не встречал столь удивительной женщины.

— Я не собираюсь убивать тебя, Мадлен, — ответил Векстон, отворачиваясь от нее.

Девушка вздохнула с облегчением. Вероятно, барон говорил правду. У него был такой удивленный вид, когда она обратилась к нему со своей просьбой…

Впервые в жизни Мадлен оказалась победительницей. Она спасла Дункану жизнь и благодаря этому будет жить сама…

Битва закончилась. Лошадей выпустили из конюшни и выгнали за ворота вслед за слугами за несколько секунд до того, как пламя охватило деревянные постройки.