До столицы он добрался без приключений. Мама посадила его в поезд, а на другое утро в Москве его встретила тетя. Рядом с ней на перроне стоял худой мужчина в очках и с недовольным лицом, который оказался дядей Сашей.

— Как доехал? — спросила тетя, поцеловав племянника.

— Нормально.

— Что-нибудь видел в дороге интересное?

— Темно было, — Филька ехал ночью, и в окно не смотрел, потому что было темно. Если даже прижаться к стеклу носом, различить можно было лишь мелькавшие столбы.

Дядя Саша, буркнув «Привет!», взял у мальчика его чемодан и пошел к метро. Уже по его спине было видно, что это характер у дяди тяжелый. «И спина у него какая-то психованная!» — подумал Филька. Он боялся, что еж начнет скрестись в сумке, как он скребся ночью, но тот сидел тихо: должно быть, спал.

Москва, большая и украшенная к Новогодним праздникам, Фильке сразу понравилась. Ему не понравилось только, что в метро на кольцевой была давка, и он оказался зажатым между животами пассажиров. Очевидно, ежа тоже прижали, потому что он начал пыхтеть и царапать коробку.

— Что у тебя там? Надеюсь, не животное? — строго спросил дядя Саша.

У Фильки тревожно замерло сердце.

— Нет, там варенье, — быстро нашелся он. Мама в самом деле положила в сумку несколько банок с вареньем.

Дядя Саша мог бы удивиться, почему варенье так странно себя ведет, но в этот момент какой-то парень, стоявший рядом, случайно толкнул его, и дядя Саша, забыв о сумке, стал с ним препираться.

— Не умеешь в метро ездить — сиди дома! — громко сказал он.

— Я-то умею в метро ездить, это вы не умеете стоять как положено! огрызнулся парень.

А Филька благоговейно подумал, какая сложная наука — ездить в метро, если даже коренные москвичи не могут ее освоить.

В квартире племяннику отвели отдельную комнату, в которой стоял компьютер и проигрыватель с лазерными дисками. Как только тетя с дядей вышли, Филька поспешно извлек ежа из коробки. Он волновался, не придавили ли его в дороге, но еж чувствовал себя вполне нормально, правда сердито чихал. Мальчик налил ему молока, которое предусмотрительно захватил с собой в пузырьке, а потом закрыл ежа в шкафу с какими-то вещами, уверенный, что оттуда еж не вылезет да и пыхтение его не будет слышно.

Потом в течение дня у Фильки времени не было думать о нем. Они ездили с тетей по Москве, ходили в музеи, гуляли по Арбату, Тверской и Никольской и видели наряженную елку на Красной площади. Только вечером они вновь оказались дома.

— Ну как, набрался впечатлений? — спросила тетя.

— Угу, набрался. Только они у меня перепутались, — сказал Филька.

— Ничего, со временем распутаются! — улыбнулась она.

Когда тетя вышла, Филька открыл шкаф и ужаснулся. Оказалось, пока они отсутствовали, еж не терял времени даром. Он изгрыз тетины чулки и изжевал рукав свитера дяди Саши. Зачем ежу понадобился шерстяной свитер, осталось загадкой. «Может, он хотел выдрать из него пух и сделать себе уютное спальное место?» — подумал Филька.

В панике Хитров засунул испорченные вещи подальше в шкаф, надеясь, что они не сразу попадутся на глаза тете и дяде, а ежа снова посадил в коробку.

Утром тетя ушла куда-то по делам, а Фильку предупредила, чтобы он далеко не отходил от дома. Так как Хитров не знал никого из московских ребят, игравших во дворе, он вышел на улицу и увидел на противоположной стороне зоомагазин.

Около него стояла девчонка чуть постарше Фильки, а в руках у нее была клетка с белыми мышами. Хитров подошел к ней и минут пять разглядывал понравившихся ему мышей. Они были смешные, с розовыми пальчиками, которыми цеплялись за прутья клетки и ловко лазали. Одна мышь схватила пальчиками кусок яблока и грызла его, а другая мышь умывалась.

— У меня папа в лаборатории работает. У нас мыши расплодились. Хочешь купить? — предложила девочка, увидев, что Хитров заинтересовался.

— Я бы купил, но у меня денег нет, — вздохнул Филька.

— А что у тебя есть?

— У меня еж есть.

— Тогда давай меняться, я тебе мышей — ты мне ежа, — предложила девочка. Или если хочешь, у моего папы есть лишняя гремучая змея.

Филька задумался. Вначале он хотел взять змею, но потом все-таки решил остановиться на мышах. Он сбегал домой к тете, порадовавшись, что она оставила ему ключ, и вынес девчонке своего питомца. Еж спал, и расставаться с ним было совсем не так грустно, как мальчику показалось вначале.

— Куда тебе мышей пересыпать? — деловито спросила девочка, открывая дверцу клетки.

— Как? Разве ты мне клетку не дашь? — спросил Филька.

— Не могу, она мне самой нужна. И потом мы с клеткой меняться не договаривались.

— Тогда пересыпай в шапку! — так как у Хитрова не было с собой ничего, во что можно посадить мышей, он снял с себя шапку, и девочка одну за другой вытряхнула в нее дюжину белых мышей. Те сразу же попытались разбежаться, и Фильке пришлось крепко сжать края шапки, чтобы они не улизнули.