Новоград

Кавлис пил чай, ел какой-то очень вкусный рулет. Ремеза дома не было. Он пошел улаживать дела со своими.

– Может, уговорю кого-нибудь, – говорил он, уходя. – Хотя вряд ли. Не обещаю.

Времени уже половина одиннадцатого вечера, а его все нет.

И еще одно беспокоило Кавлиса.

«Нет, надо же, додумались! – удивлялся майор Ремезу и его бригаде. – Сделать налет на налоговую полицию!»

Вначале он не поверил и переспросил насчет ближайших планов Алексея. О налете на универмаг «Радуга» и на одного из авторитетов города Николаю уже было известно, брат рассказывал, не подозревая, что гость знает одного из главных действующих лиц.

– Кого вы хотите ограбить?! – переспросил Кавлис.

– Налоговую полицию, – спокойно ответил Ремез. – От нечего делать. Я прогулялся возле здания, из окошка напротив понаблюдал. Понимаешь, налоговики делают рейд, забирают огромные деньги и привозят все это к себе в офис. Офис, правда, большой, в два этажа, но блокировать второй этаж – раз плюнуть. А деньги на первом, в комнате заместителя начальника налоговой полиции. На входе два кукольных жлоба, внутри столько же. Остальные по кабинетам. А боевики в основном на втором этаже. У них там небольшой спортзал, комнаты отдыха. На окнах решетки. План такой. Мы оперативно подъезжаем, берем охрану, потом стреляем на второй этаж из 4-6-4-5,45. Знаешь, что это такое? Наствольная насадка для залповой стрельбы. В каждый из четырех стволов закладывается по одной гранате с «черемухой» и нажимается на спусковой крючок. Обычно это средство используется против двигающегося объекта. Вот и все. А дальше дело техники. Несколько человек контролируют коридор, остальные принуждают начальство открыть сейф. Перед уходом еще раз используется наствольная насадка. По времени укладываемся, получится. Шанс стопроцентный, магазин и то опаснее грабить. Знаешь почему?

– Я-то знаю.

– А-а! – улыбнулся Алексей. – Тогда наводящий вопрос: скажи мне, Николай, только честно: какой дурак додумается грабить налоговую полицию?

Теперь уже Кавлис ответил товарищу улыбкой:

– Одного такого я знаю.

Пичуга одобрил:

– Правильный ответ. Нас там не ждут. Никого там не ждут. А где никого не ждут, там легко работать. Главное неожиданность, дерзость и стремительность. В «Радуге», например, нас не ждали, и Блин не ждал, поэтому все получилось. Да что я тебе рассказываю, ты сам все прекрасно знаешь.

– А дальше что вы надумали ограбить?

– Ты не поверишь!..

Кавлис доел рулет и пожалел, что его оказалось так мало. Шикует Пичуга, подумал он. Однако обстановка в квартире была скромная. Вот только теле– и аудиоаппаратура японского производства.

Николай перебрал несколько компакт-дисков: «Shura», «ДДТ», «Старые приятели», Николай Носков. Из зарубежного «Aerosmith», U-2, Селин Дион. На полке лежали конверты с изображением какой-то птицы в левом нижнем углу, рисунок сделан шариковой ручкой; общая тетрадь. Кавлис открыл наугад и прочел:

Николай знал, что Алексей пишет стихи, только тот никому их не показывал. Стеснялся? Отказывал он приятелям в одной и той же категоричной форме: «Не дам, и все». Эти стихи были написаны полгода, от силы год назад, когда он уже ушел из подразделения. Майор решил прочитать еще одно, последнее.

Кавлис закрыл тетрадь и надолго задумался. Что-то действительно пошло вспять в судьбе этого парня, и в чем-то он был прав: надломился. «Подумай над моими словами, может, лучше меня разберешься».

Разберись тут, вздохнул Николай.

Он положил тетрадь на место и заходил по комнате.

Жаль Пичугу, с огнем играет, сгорит до срока. И сейчас со мной в самое пекло лезет. А сам-то я правильно поступаю, вовлекая молодых ребят в это дело?

До сегодняшнего вечера таких мыслей у Николая не было. Пришли они после того, как прошловремя. Совсем немного времени, а мысли и настроение – другие. И приходят в голову вопросы: «Стоит ли из-за одного человека рисковать многими? Нужно ли мстить или отвечать местью на месть?»

Скоро здесь соберутся семь человек, и каждый, наверное, будет задавать себе подобные вопросы и глазами будет спрашивать у него. Такое ждет всех не только завтра, но и послезавтра, через неделю, когда прибудут на место, и потом, когда отступать будет некуда.

Да, время проходит и возникают вопросы, сникают красивые порывы и благородные побуждения. Наступает расплата. И нельзя это предугадать заранее. Может, остановиться хотя бы в середине пути? Когда еще можно повернуть назад?

Кавлис твердо решил, что как только придет Алексей, он расскажет ему о своих сомнениях и предложит взвесить все «за» и «против»: «Леша, для тебя тоже прошло время. Давай еще раз подумаем». А Пичуга ответит: «О ком думать – о тебе или о себе? Если о тебе, давай, посидим, подумаем. Лично для себя я все решил». Да, Ремез скажет именно так. И добавит: «Видишь, майор, прав я был, когда говорил, что это не я с вами пойду, а вы со мной. Ты забыл сдернуть свои погоны».