Во главе с Торном они во весь опор мчались к ранчо Блэквотер Спрингс.

Трилби услышала, как они подъехали, и подбежала к окну. Джек и Торн были около дома. Трилби так обрадовалась, увидев отца, что сразу же выбежала на крыльцо.

Торн увидел ее, когда сбросил связанного мексиканца на землю. Затем он ослабил веревку и оставил пленного лежать на земле. Торн выглядел довольно жестким, когда повернулся к ней.

— Идите в дом и оставайтесь там, — холодно приказал он.

Трилби сначала не хотела подчиняться, но мексиканец, взглянув на нее, засмеялся и сказал Торну что-то по-испански. Это было что-то оскорбительное, потому что Торн сразу же набросился на него.

Мексиканец вскочил и выхватил нож, который Торн, сильно разозлившись, не заметил. Когда мексиканец занес нож, Наки молниеносно выхватил большой охотничий нож и метнул его в мексиканца. Тот закричал и выронил нож, схватившись за руку.

— Постойте! — воскликнул Джек Лэнг, стоявший рядом с Наки.

Апачи грациозно поднял свой нож. Торн и мексиканец схватились в жестокой драке, нанося сильные удары друг другу, не обращая внимания на стоявших вокруг.

— Грубые варвары, — заметил Наки.

Джек Лэнг изумленно посмотрел на него, забыв о драке.

— Ну вот, — подчеркнул Наки, указав на Торна.

— Боже мой, мужчины, разве вы не видите, что они сейчас выбьют друг другу мозги? Я считал вас, белых людей, более цивилизованными, — индеец произнес это с презрением и превосходством.

— Вы говорите по-английски? — поразился Джек.

— Да, но это оставляет неприятный вкус во рту. Все эти перемешанные метафоры, двойные отрицания, аллитерация [2] …

Он повернул лошадь и поехал прочь, продолжая что-то ворчать себе под нос и улыбаясь, а Лэнг стоял с открытым ртом, изумленно глядя вслед.

Торн и мексиканец были мокрыми от пота, все в пыли и крови.

Торн был выше, но мексиканец шире в плечах, гордость его была уязвлена тем, что его захватили в плен. Торн избил его так, что тот перестал сопротивляться. Вэнс поднял мексиканца и начал допрашивать по-испански. Человек отвечал неохотно, но вынужден был дать ответы на все вопросы. Торн оттолкнул его.

— Дайте ему какую-нибудь лошадь, — сказал он Джеку Лэнгу. — Я вам возмещу убыток.

— Вы отпустите его? — возмущенно спросил Джек. — Его нужно арестовать и судить за совершение преступления.

— Я сказал, отпустите его, — настаивал Торн тоном, не терпящим возражений.

Джек распорядился найти подходящую лошадь.

Трилби вернулась в дом в начале неприятной сцены, но наблюдала драку из окна. То, что она увидела, заставило ее выбежать на заднее крыльцо, ее стошнило.

Когда она пила горячий чай, чтобы успокоить нервы, вошли отец и Торн. Торн был без шляпы, лицо разбито, весь в крови. Кулаки его также были разбиты в кровь.

— Ты не можешь помочь Вэнсу, Трилби? — обратился к ней отец. — Твоя мать в спальне, она не может выйти.

Трилби не винила ее.

— Конечно, — ответила она, поднимаясь. Она с трудом сдерживала тошноту. Запах крови сильно подействовал на нее. Она наполнила ведро водой, взяла чистую салфетку и намочила ее, затем села рядом с Торном и начала осторожно промывать его раны, стараясь не смотреть ему в глаза. Торн, в свою очередь, тоже не поднимал глаз. Он был подавлен. Трилби подумала, что ему очень больно. Но она не ушла и не оставила его, ее доброе сердце пересилило гнев.

— Я не понимаю, почему вы позволили мексиканцу уйти? — гневно сказал Джек.

— Если бы мы оставили его здесь, пришли бы его люди, — объяснил Торн, поморщившись, когда Трилби промывала рану на щеке.

— Некоторые мексиканцы похожи на апачей, когда хотят отомстить.

Джек оценил ситуацию.

— Теперь я понял вас.

— Я в этом сомневаюсь, но вам нужно поверить мне на слово. Они обычно совершают набеги на север от границы, захватывают скот и продают какому-нибудь крупному землевладельцу на юге провинции Сонора. Я сказал им, что если еще раз поймаю их по эту сторону границы, то немного поговорю с их благодетелем. Не думаю, что они опять здесь появятся. Не они одни совершают набеги, и они не последние.

— Я ожидал это услышать, — Джек поморщился, глядя на избитое лицо Торна. Этот человек помог ему в трудный час, несмотря на вред, который причинил их семье. — Вы выглядите ужасно.

— Драка — неприятное зрелище. Правда, Трилби? — он неожиданно открыто взглянул на нее, в его темных глазах светилась слабая надежда.

Трилби отвела взгляд.

— Да, — выдавила она. — Я не понимаю, за что вы набросились на него?

— Я не могу вам этого сказать, — ответил он серьезно. — Он сделал это специально, чтобы спровоцировать меня, надеясь воспользоваться этим, чтобы всадить нож мне в спину.