В этот момент Элли точно бы влепила ему оплеуху, если бы Патрик с удивительной быстротой не отпустил ее талию и с силой не схватил ее за руку. Какой ужас! Гарет делал из нее несчастную, униженную, раздавленную рухнувшими надеждами дуру!

— Я привык самостоятельно составлять свое мнение о людях, — спокойно ответил Патрик и добавил:

— Поэтому я сегодня здесь с Элли.

Гарет кивнул:

— Я знаю, как ее пугала мысль прийти сюда сегодня одной.

— Об этом и речи быть не могло. — Патрик с улыбкой повернулся к Элли, но в его глазах она увидела приглушенный блеск затаенной ярости. Столько других мужчин с удовольствием бы заняли мое место сегодня.

— Разумеется! — отозвался Гарет с иронией в голосе. — Что ж, мне правда пора. Получится некрасиво, если меня не окажется в зале, когда объявят о помолвке.

Он одарил их своей обаятельной улыбкой и спокойно вышел прочь.

Элли перевела дыхание. Последние несколько минут разговора доказывали, что Гарет опаснее, чем она полагала. Вполне очевидно, что он испытывал к ней мстительную ненависть, а потому не постеснялся унижать ее даже в присутствии Патрика и…

— Не поддавайся, Элли, — прервал ее мысли Патрик, который сочувственно смотрел на нее сверху вниз. — Он ведет себя так, потому что не знает в точности, что именно ты рассказала мне о нем.

Элли охватило смятение. Гарет выставил ее полной идиоткой перед Патриком, а мнение этого человека было так важно для нее! И уж конечно, ей вовсе не хотелось, чтобы Патрик считал ее несчастной дурочкой, раненной предательством Гарета Дэвиса и все еще влюбленной в него.

— Я думаю, Гарет может быть очень опасен, медленно произнесла она.

— Ну, не опасным, но раздражающим — это точно. В особенности для Джорджа. Однако я следил за Гаретом весь ужин, и знаешь, что заметил? Когда ему кажется, что никто на него не смотрит, он не отрывает от тебя глаз. Как только он увидел, что ты вышла из зала, то сразу же бросился за тобой. Все это доказывает, что этот человек не так уж уверен в себе, как думают окружающие.

Элли недоверчиво посмотрела на него.

— Правда?

Ей Гарет показался таким самоуверенным!

Она не замечала, чтобы он следил за ней за ужином.

Патрик медленно покачал головой.

— Да, определенно ты его очень беспокоишь, Элли, и особенно то, что ты пришла со мной, двоюродным братом Сары, — задумчиво пробормотал он. — Возможно, именно в этом направлении нам и стоит продолжать.

Она широко раскрыла глаза:

— Что ты имеешь в виду?

Патрик усмехнулся.

— Ты зацепила его, Элли! И надо продолжать давить на него.

Что он имел в виду?

— Ты помнишь о семейной вечеринке, о которой говорил Джордж?

— Завтра?

Насколько помнила Элли, они с Патриком договаривались только об одном совместном выходе — сегодня вечером. Правда, все оказалось гораздо более сложным и запутанным, чем она думала. Он кивнул:

— Да, завтра. Речь идет о праздновании помолвки Сары в узком семейном кругу. — Патрик улыбнулся. — Я подумал, что было бы хорошо, если бы ты…

— Нет, — решительно заявила Элли, отрицательно качая головой. — Мой ответ — нет, Патрик!

Я согласна, ты оказал мне большую любезность, согласившись приехать со мной сюда, но, принимая во внимание все обстоятельства… Думаю, я с лихвой отплатила тебе за твое согласие.

Джордж — твой дядя, ты обо всем знал, поэтому и не удивился, когда я объявилась в твоем офисе!

Его глаза негодующе засверкали.

— Элли!

— Нет, Патрик! Сегодняшний вечер — просто катастрофа, и у меня нет ни малейшего желания пережить ее снова!

— Катастрофа? — повторил Патрик, вдруг придвигаясь так близко к ней, что Элли почувствовала себя неловко. — Весь вечер, по-твоему, не удался?

Конечно, не весь. Их поцелуй был настолько приятным, что Элли даже боялась вспоминать о нем.

— Да, весь, — решительно отрезала она. — Ни за что на свете я не пойду с тобой на вечеринку завтра.

Патрик с беспокойством посмотрел на нее:

— Даже ради спасения Сары?

— Ты шантажируешь меня, Патрик! — раздраженно фыркнула она, вспомнив о несчастной Саре.

Они с Сарой раньше были подругами. Элли знала, насколько доверчива, искренна и беззащитна дочь Джорджа. Брак с Гаретом — с этим коварным, грубым, безжалостным человеком грозил разрушить все ее будущее.

— Я не хочу идти на эту вечеринку с тобой, слабо запротестовала Элли. — И мне нечего надеть, — добавила она ни с того ни с сего, так как Патрик молчал.

Эта реплика прозвучала еще более глупо, и Элли подняла глаза на Патрика.

Его молчание объяснялось тем, что он просто беззвучно смеялся. Глаза Патрика сияли, улыбка слегка обнажила белые зубы. Почему только Элли все время вспоминает о том, как он поцеловал ее? Неужели потому, что безумно хочет, чтобы он повторил поцелуй?