Раздался звук сирены. Джеймс молчал как рыба. Наконец я не выдержала:

— В первый раз на вечеринке?

— Да, — улыбнулся он, но не поддержал беседу.

— Я тоже!

Тик-так, тик-так. Даже пять секунд могут показаться вечностью, когда все вокруг, кроме тебя, веселятся. Недотепа как в рот воды набрал! Зато наши соседи обменивались информацией со скоростью света, трещали, не закрывая рта.

— Чем ты занимаешься? — Я попыталась изобразить неподдельный интерес.

Он поерзал на месте, затем выдавил:

— Я студент.

— Что изучаешь?

«Боже, как с ним трудно!» Терпение подходило к концу.

— Информационные технологии.

Все ясно. Передо мной сидел человек, который день и ночь таращится в монитор, стуча пальцами по клавиатуре. Неудивительно, что Джеймс абсолютно не умеет вести себя с дамой.

Звук сирены показался мне музыкой. Слава Богу, с молчуном покончено!

— Было приятно познакомиться, — кинула я ему вслед и заранее посочувствовала своей соседке, его новой жертве.

Джеймса сменил брюнет с карими глазами, который хоть и не отличался особой красотой, зато обаятельно улыбался.

— Привет, перед тобой Карл, — деловито начал он. — Мне тридцать пять лет. Работаю в сфере продаж телекоммуникационного оборудования. Люблю длинные пешие прогулки, воскресные обеды, ненавижу иностранные фильмы. А что расскажешь про себя?

По сравнению с предыдущим новый кавалер показался настоящим оратором. Я глубоко вздохнула, набралась смелости и начала приветственную речь:

— Джесс. В свои тридцать четыре года работаю на телевидении, ненавижу прогулки пешком и обожаю зарубежные фильмы. Правда, разделяю твою привязанность к воскресным обедам.

Он засмеялся, и настроение немного улучшилось. Все-таки прийти сюда — не такая уж плохая идея! Собрав в кулак всю смелость, я протянула молодому человеку визитку:

— Возьми… на случай, если не с кем будет пообедать в выходные.

Карл положил карточку в карман пиджака, затем, пристально глядя в глаза, поинтересовался:

— Твоя любимая поза в сексе?

Ушам не могла поверить: этот нахал принял мисс Монро за шлюху!

— Отдай сюда и забудь про то, что я говорила! Видимо, нам не по пути!

Он невозмутимо откинулся на спинку скамьи, а затем снисходительно произнес:

— Нечего строить из себя героиню романа Джейн Остен. Мы оба здесь, потому что хотим заняться любовью. И не надо доказывать, что ты на вечеринке ищешь мужа, не поверю! Секс продается и покупается, как и все в этом мире. Я выложил деньги за входной билет, чтобы познакомиться с парой-тройкой женщин без комплексов. Давай будем откровенны: ты ведь тоже пришла сюда, так как хотела с кем-то переспать?

Обидные слова заставили задуматься над смыслом происходящего. Неужели в конечном итоге все разбредаются по парам и предаются исключительно плотским утехам? Неужели мужчины в зале думают только об одном? Чего на самом деле я жду от сегодняшнего вечера?

Надо признаться, что романтики во всей этой затее не было ни капли. Каждый искал партнера себе под стать. С другой стороны, вероятность нарваться на «женатика» сводилась к нулю или почти к нулю. Согласитесь, ни один семейный человек на подобной вечеринке не признается, что он связан узами брака.

Я обернулась и посмотрела на Мэдди. Перед ней лежала приличная стопка «комплиментов уму и красоте» от представителей противоположного пола. Тем временем передо мной уселось худосочное нечто в желтом свитере. К счастью, у нового собеседника было хорошее чувство юмора (но, увы, лицо Алана Партриджа [17] ), и если бы не желтый свитер, то заветный кусочек бумаги оказался бы в его руках.

Через два часа прозвучала сирена и объявили о конце экзекуции.

— Отправляйтесь в следующий зал, там вас ожидает встреча со знаменитостями.

— Еще одно издевательство? — устало съязвила я.

— Каждому дадут в руки по конверту, где будет написано имя какой-нибудь звезды, — придется искать ей пару.

Мэдди продемонстрировала стопку карточек:

— Набрала двадцать две визитки!

— Могу похвастаться тремя, — уныло ответила я. Но по правде говоря, встречаться с теми, кому я подарила кусочки бумаги со своим именем, не хотелось. Даже безумно красивый доктор по имени Гай не стал для меня предметом вожделения: карман его рубашки топорщился от дамских приглашений «встретиться еще».