Руслана Терекова, этого мерзкого убийцы, нигде не было видно. Может, он погиб? Он же не мог так быстро сбежать с планеты!

Дальновидящим взглядом Марк обшаривал планету. В этот момент он заметил, как два космических корабля нырнули в серое лимбо. Но он уже успел проверить их — ни на одном Руслана Терекова не было. Это точно. Может, он уже успел нырнуть в субпространство? Тогда его не отыскать — мысленный взгляд даже при таком усилении не проникал в лимбо.

Ладно, с этим можно подождать. Никуда он не уйдет! Ну-ка, какой ментальный почерк был у его сестренки? Ее наглость была неподражаема — она и его сумела обвести вокруг пальца.

Вот!

Надо же, она всего в девяти километрах отсюда — мчалась на своем скоростном «мустанге» по скоростному шоссе… Ага, свернула на боковую дорогу. Сбавила скорость, взяла управление на себя. Она что, направляется в СЕРЕМ? Глаза красные, на щеках остались разводы от высохших слез. Вон как вцепилась в руль. Что она бормочет? Марк навострил слух.

— Он должен быть там! Должен!.. Где еще ему быть…

Она решила посчитаться с ним? Вон как ее аура полыхает — верно, собирается проникнуть мысленным взором в гистаториум. Марк был в состоянии зажать ее в метасокрушительные тиски, пробить брешь в ее защите и сознании. Но стоит ли? Может, лучше поговорить с ней? Куда она от него скроется? Он решил рискнуть.

Марк сказал: Мадлен.

Она резко нажала на тормоз — машину занесло, однако она сумела справиться с управлением. Наконец она подкатила к могучему дереву с золотистыми листьями. В мерцающем свете звезд оно напоминало гигантский драгоценный камень. Здесь она выключила мотор, откинулась на спинку сиденья и дрожащим голосом прошептала:

— Марк?

Молодец, что сама остановила машину. Ну что, успокоилась?

Со стороны джунглей донесся рев одинокого местного хищника. Непонятно, то ли он подманивал свою жертву, то ли наводил на нее ужас.

— Они все погибли. Все до одного… Ментальный человек теперь мертв. Я услышала телепатический вопль, когда ОН выключил питание. Наши дети… О Марк!..

Это был Руслан Тереков?

— Да.

Он успел покинуть планету. Как ему это удалось? Куда он мог бежать?

Людмила Аржанова рассмеялась.

— Ты что, так и не понял, кто он? Не ожидала от тебя, братец. Тогда придется крепко подумать, стоит ли говорить тебе. Кто ты — союзник или враг? А может, палач?.. Ха-ха-ха!.. А я мчалась к тебе с предложением. Одной мне это не удастся. Ты понимаешь?..

Ее голос ничуть не изменился — был все так же мягок, никакого намека на отмщение.

Зачем ты превратила Ментального человека в монстра, Мадди? Не по этой ли причине Тереков погубил их?

Женщина закрыла лицо руками и горько разрыдалась. Звуки, к удивлению Марка, ничем не напоминали человеческие всхлипы. В машине голосило — или, скорее, жалобно рыкало и повизгивало — некое животное. Хищная самка, потерявшая своих детенышей.

— Наши дети… Наши маленькие блистательные дети. Они бы никогда не стали монстрами. Они бы никогда не посмели причинить нам вред. Они должны были разделить с нами власть во Втором Содружестве.

О чем ты, черт тебя побери, ведешь речь? Она отняла ладони от лица, глянула прямо в лобовое стекло. Глаза ее блеснули.

— Наш Ментальный человек! Туп ты, однако, братец. Хотя что с тебя взять, все Ремиларды отличаются этой идиотской самонадеянностью. Считают, что кого-кого, но их провести не возможно. Это были наши дети. Твои и мои, Марк. Это были мои яйцеклетки, не Розамунды. Гомозиготность — единственная возможность получить полноценное в плане блистательных способностей потомство в первом поколении. Я же говорила тебе об этом. В твоих снах. Ты же знал. Ты всегда знал об этом.

… В моих снах?! Так это была ты? Это ты отравила меня? Ну, берегись!

— Не сходи с ума! — закричала она. — Твое бессознательное доступно мне. Подумай!.. Ты уже наш — о да, ты уже наш! Ты был готов стать мне мужем, если бы не эта мерзкая сучка! Как могла я предположить, что ты вдруг начнешь вожделеть к ней? Ты ошибся сестрой, Марк.

Синдия?! Поль и… Лаура? О Господи!

Голос его по-прежнему звучал мягко, напевно, как-то успокаивающе — может, от этого у Людмилы, видавшей виды, мурашки побежали по телу. Она совершенно рассвирепела.

— Только не упоминай этого бородатого лицемера! Он здесь совершенно ни при чем. Нет его, понимаешь — его нет! Есть единственные Боги на свете — это мы. Богами могли бы стать и наши дети.

Поздно.

— Нет, пока не поздно. Надо все начать сначала. — Людмила как-то подтянулась, выпрямила спину. — Ты найдешь способ, как задержать начало восстания до того момента, пока не подрастут наши дети. Сны сбываются, Марк. Можно, я встречусь с тобой в СЕРЕМе и объясню, что такое Второе Содружество?