Устройство оказалось возможным совместить с Е-18. Об этом позаботились Джордан Крамер и Герит Ван Вик, психофизики, которые были приглашены в СЕРЕМ из Оксфордского университета. Они же помогли адаптировать систему «SIECOMEX» в единый модуль.

Требования секретности заставили Марка на себе испытать возможности нового оборудования. Так он, по существу, стал и техником-испытателем.

Работы шли полным ходом…

Церебральный генератор, использующий все возможности тела, постепенно превращался из сказки в реальное техническое устройство…

Никто меня не остановит — ни Джек, ни Первый Магнат, ни Директорат по науке, ни все Галактическое Содружество…

Вот он и дома. Дверь яйцеобразного аппарата откинулась. Вдали приветливо горел огонек над входом в западное крыло особняка. Марк с трудом вылез из кабины и пошел по нап равлению к огоньку.

Ох, уж это тело! Если бы мне так чертовски не хотелось спать, дела пошли бы куда успешнее.

Марк Ремилард был высоким — до двух метров ему не хватало всего четырех сантиметров, плотным — вес его превышал сотню килограммов. С виду он напоминал своих предков, древних французов, переселившихся в Канаду. Ребята все были крепкие, и Марк не затерялся бы среди них. Мускулы у него были сильные, руки длинные, кулаки — с небольшой арбуз, шея — как у быка… В восемнадцатом — начале девятнадцатого века это давало несомненные преимущества в борьбе за выживание в северных лесах. Нынче, в веке двадцать первом, а точнее, в 2078 году от Рождества Христова, подобное телосложение, как и сама плоть, считалось почти анахронизмом.

На лифте он поднялся на второй этаж. Дом его, выстроенный по оригинальному проекту, отличался особой архитектурой, наглядно подчеркивающей близость этого сооружения к окружающей природе. Выбор строительных материалов — кедр и местный камень — как бы подчеркивал естественность появления дома в этой дикой, живописной местности. Остров был практически необитаем, если не считать Тьери Лашена, который вместе с домашними роботами присматривал за жилищем Марка. В такой поздний час Тьери, конечно, уже давно дрыхнет в теплой постели, так что придется управляться самому. «С чем управляться», — вздохнул Марк, проходя по коридору, одна из стен которого, прозрачная во всю ширь, выходила на пролив Сан-Хуан и остров Ванкувер. Об этом, прав — да, можно было только догадываться, потому что сейчас за стеклом сгустилась плотная ночная тьма, и только шум бури долетал до ушей Марка.

Спать. Все, о чем я мечтаю, — это только спать…

Он устал до такой степени, что лень было подумать о еде. Хотя, конечно, без этого не обойтись. У него уже давно крошки во рту не было. Ничего не поделаешь, придется напрячься. Уже в спальне он мысленно заказал гороховый суп, которым Люсиль кормила его в детстве. Им объедались еще их предки, прибывшие в Канаду из какой-то французской провинции. Утомлять себя добыванием ложки, тарелки Марк не стал — выпил суп прямо из поданной кухонным устройством миски. Полегчало… Настроение стало куда лучше; он, раздеваясь, принялся что-то насвистывать, на ходу проверил защитный ментальный экран. Вроде на месте… Никто не сможет навредить ему во время сна.

Он был уверен в этом.

Марк, солнышко мое. Это опять я? Ты помнишь меня?

Я не… Когда просыпаюсь. Что-то ты давно не появлялась. Убирайся!

Нет. Нам надо поговорить.

Ни в коем случае! Со всякой пакостью я не разговариваю. Тем более с такой, которая рождена моим собственным сознанием. Я не должен…

Это правда. Но я думаю, ты все-таки выслушаешь меня, как и раньше.. У меня есть к тебе предложение, ты сам сможешь оценить его значимость.

Сомневаюсь, чтобы мой собственный причудливый сексуальный кошмар мог сделать мне ценное предложение.

[13] Ты считаешь меня своим собственным кошмаром? Ну-ну.

Я избавился от похоти. Это что-то иррациональное… Бесполезное…

Ты все еще мечтаешь о ней [14] . Она постоянно является к тебе во сне.

Я… я ничем не могу себе помочь. Никто не в состоянии контролировать свои сны. Особенно такие грязные, как этот.

В этом нет ничего постыдного. Подобные сны всего лишь отражение естественной потребности человека. Ты считаешь, что расправился со своей сексуальностью — нет, ты просто придавил ее, загнал в самую глубь души. Не сомневайся: наступит день, и она выйдет наружу. Это будет взрыв невероятной силы!.. Ты даже представить не можешь, что с тобой может произойти что-нибудь подобное. То, что ты сейчас творишь над собой, — это психологическая пытка. Подобные эксперименты опасны.

Дерьмо. Человеческие существа имеют опыт целибата — и ничего вредного в этом не было.

Для кого-то, может, это и не представляет вреда, но не для тебя. Это часть твоей натуры, ты не можешь жить без этого.

Как Поль, например? Не может пропустить ни одной юбки, ни одной магнатки в секторе. [15]

Вы с отцом люди разные. Но, как и у него, у тебя тоже должны быть дети — хотя бы для того, чтобы ты передал им свое уникальное генетическое наследство: выдающиеся метаспособности, а также возможность постоянно обновлять свое тело. Эти гены делают тебя практически бессмертным.

За меня постараются другие члены моей семьи. Видит Бог, я уже потерял счет своим кузенам и кузинам.

Это совсем другое дело. Все твои братья и сестры и наполовину так не совершенны, как ты. Именно ты являешься вершиной эволюционного развития рода homo sapiens. Твой генетический код не имеет цены. Твоя метасила должна быть передана твоим детям.

Пошла к черту!.. Убирайся!..

Твой отпрыск сможет пойти дальше тебя, он и станет настоящим гением, если ты совокупишься вот с этой женщиной [16] , которая подсознательно влечет тебя.